Человек сущий. Том третий стр. 10

«Дели­мость» и «дроб­ле­ние» лишь тех­ни­че­ские тер­ми­ны, при­ме­ня­е­мые в оккульт­ной нау­ке для опре­де­ле­ния дей­ствий духа в осо­бых усло­ви­ях. На самом деле, это­го явле­ния не суще­ству­ет. Хотя аспек­ты силь­ных мыс­лей, несу­щие в себе часть искры духа и опло­до­тво­рен­ные им, уже есть отдель­ная дви­жу­щая часть эво­лю­ци­он­ной силы миро­зда­ния, все это лишь реак­ция веще­ства в закры­том сосу­де, из кото­ро­го не может вый­ти ни одна часть энер­гии, по зако­ну ее сохранения.

Дели­мость про­ис­хо­дит от уси­ле­ния вра­ще­ния веще­ства основ­но­го. Чем быст­рее вра­ща­ет­ся галак­ти­ка, тем длин­нее рука­ва ее ответв­ле­ний, окон­ча­ния кото­рых могут отры­вать­ся и уле­тать. Напря­же­ние маг­ни­та серд­ца зави­сит от вра­ще­ния это­го цен­тра. Когда зер­но духа в сво­ем дви­же­нии напря­га­ет­ся, то искры уле­та­ют, уно­ся с собой все каче­ства сия­ю­ще­го огня. Это похо­же на то, как вода, под напо­ром лью­ща­я­ся из шлан­га, раз­де­ля­ет­ся на кап­ли, оста­ва­ясь еди­ной: она потом собе­рет­ся вновь в еди­ном сво­ем средоточии.

Дели­мость слу­жит одной из форм рас­ши­ре­ния созна­ния, когда спо­соб обыч­но­го позна­ва­ния уже исполь­зо­ван и изжит. Искры духа сохра­ня­ют связь с еди­ным зер­ном, как само зер­но сохра­ня­ет связь с Абсо­лю­том через белую нить. Каж­дая высо­кая мысль, уле­тая в даль­ние миры, ста­но­вит­ся само­сто­я­тель­ной, но все рав­но неви­ди­мо соеди­не­на с источ­ни­ком, ибо зер­но мысле­об­ра­за через виб­ра­ции отзы­ва­ет­ся на сиг­нал род­но­го сердца.

При­мер кост­ра и искры — самый осно­ва­тель­ный. Искры духа раз­ле­та­ют­ся, но пла­мя кост­ра не убы­ва­ет. Каж­дая искра мона­ды, выде­лен­ная из еди­но­го про­стран­ствен­но­го огня, уже дала при­мер дели­мо­сти. Вто­рой слу­чай — деле­ние зер­на на муж­ской и жен­ский аспек­ты. Тре­тий — деле­ние огнен­но­го тела, при осо­бой зада­че и напря­же­нии, до соро­ка девя­ти частей, кото­рые могут быть обособ­лен­ны­ми и зри­мы­ми физи­че­ским зре­ни­ем как плот­ные тела. Это не меха­ни­че­ское кло­ни­ро­ва­ние бес­прин­цип­ных подо­бий, но пол­ное раз­де­ле­ние чело­ве­че­ской инди­ви­ду­аль­но­сти, со все­ми ее аспек­та­ми, а зна­чит, и с зер­ном духа. Но от это­го основ­ной кос­мос огня не несет даже самой малой потери.

Мири­а­ды существ, исшед­ших от Еди­но­го, несут в глу­бине сво­ей часть Его жара — искру божью, или зер­но духа. И толь­ко там хра­ни­ма нераз­рыв­ная связь с Мира­ми Све­та, затем­нен­ная погру­же­ни­ем в боло­то бес­па­мят­ства. Но ведь искра и костер — еди­ное целое. Поэто­му не суще­ству­ет наду­ман­ной про­бле­мы дроб­ле­ния как отде­ле­ния одной части от дру­гой. И как мож­но рас­суж­дать о меха­ни­че­ской ото­рван­но­сти одной части от дру­гой, если общая сила управ­ля­ет мил­ли­ар­да­ми зерен галак­тик, созвез­дий, сол­неч­ных систем, звезд, пла­нет и людей?

Дели­мость духа ода­ри­ва­ет каж­дую фор­му частью мона­ды, остав­ляя целой и неде­ли­мой основ­ную часть ее. Пара­докс неис­ся­ка­е­мо­го огня зало­жен в при­ме­ре кост­ра и искры. Искра, отры­ва­ясь от основ­но­го пла­ме­ни, зажи­га­ет такой же костер, далее раз­мно­жая дождь огнен­ных искр. И так до бес­ко­неч­но­сти. Так же точ­но дей­ству­ет и мысль чело­ве­че­ская, опло­до­тво­ряя и оду­хо­тво­ряя сво­и­ми энер­ги­я­ми поник­шие и потуск­нев­шие ауры. Искра мыс­ли, попа­дая в тем­ное поле печа­ли, оза­ря­ет его и насы­ща­ет огнем оптимизма.

Костер горит, рож­ден­ный пер­во­здан­ным Агни. Но каж­дый чело­век унес от него свою искру. Но един­ство не пре­кра­ще­но. Если чело­ве­че­ство — это Бог во мно­же­стве и Еди­ный во всех пре­бы­ва­ет, то где про­ти­во­ре­чие в ука­за­нии о дроб­ле­нии мона­ды? Пер­вое слу­чи­лось, когда для позна­ния опы­та Бог раз­дал части себя на мири­а­ды существ. Раз­ве это не дроб­ле­ние? Вто­рое — когда все были раз­де­ле­ны на муж­скую и жен­скую части. И поче­му, сле­дуя логи­ке Боже­ства, нель­зя даль­ше раз­де­лить искру на мил­ли­ар­ды новых искр, что­бы све­то­чи новые возгорались?

Мона­да еди­на как Абсо­лют, но раз­де­ле­на как фор­мы сти­хий­ных суще­ство­ва­ний. Если каж­дый камень име­ет зер­но духа, то куда же исче­за­ет ска­ла, рас­сы­пан­ная в песок? Раз­ве уми­ра­ет? Нет, она дро­бит­ся, раз­но­ся еди­ную силу на пес­чин­ки, име­ю­щие дух. Кап­ля отде­ля­ет­ся от оке­а­на. И раз­ве она мерт­ва? Она несет все свой­ства огром­но­го Духа Воды. Итак, при­ме­ров бес­ко­неч­ное мно­же­ство есть. Их нуж­но лишь увидеть.

К огню мона­ды нель­зя при­кос­нуть­ся. Мож­но вой­ти в свет ее, но нико­гда нель­зя кос­нуть­ся пла­ме­ни. Уле­та­ю­щие искры есть лишь сокро­вен­ное рас­пы­ле­ние спор еди­но­го пла­ме­ни, в кото­ром дели­мое и дели­тель есть одно целое. Раз­де­ляя мил­ли­о­ны раз еди­ни­цу на еди­ни­цу, полу­ча­ем целое. Так и мона­ды: раз­де­ля­ясь, оста­ют­ся неде­ли­мы­ми. С точ­ки зре­ния ума, это нело­гич­но. Но раз­ве все явле­ния укла­ды­ва­ют­ся в схе­му разум­но­сти? Мате­ма­ти­че­ская модель мира толь­ко малая часть общей кар­ти­ны все­лен­ной. Это лишь тон­кий срез зна­ния. Но Мир Духов­ный почти закрыт для чело­ве­че­ско­го понимания.

В рус­ском язы­ке сло­во «пол» опре­де­ля­ет­ся как «поло­ви­на», ука­зы­вая на древ­нюю леген­ду о раз­де­ле­нии душ на две рав­ные части. Спо­ры о неде­ли­мо­сти мона­ды в этом слу­чае ста­но­вят­ся совер­шен­но неумест­ны­ми. Если был допу­щен пре­це­дент еди­но­жды, то он может повто­рять­ся бес­чис­лен­ное коли­че­ство раз по мно­гим при­чи­нам, в том чис­ле как нака­за­ние за жесто­кую жизнь. Соби­рая раз­бро­сан­ные оскол­ки Гос­по­да Ози­ри­са, Вели­кая Мать Изи­да ука­зы­ва­ла имен­но на этот прин­цип. Но дели­мость духа уно­сит с собой искру от еди­но­го кост­ра, но огонь оста­ет­ся целым и невре­ди­мым как Ом, при­сут­ству­ю­щий в каж­дом ато­ме сти­хий все­лен­ной. Так что дроб­ле­ние и дели­мость не нару­ша­ют прин­ци­па еди­но­го зер­на духа, нахо­дя­ще­го­ся в осно­ве все­го живого.

Толь­ко вопрос воз­вра­ще­ния к Един­ству не явля­ет­ся спор­ным. Но при­мер чело­ве­че­ства как Боже­ства во мно­же­стве спо­со­бен про­ил­лю­стри­ро­вать самые сме­лые догад­ки о раз­де­ле­нии зер­на духа. Если чело­век явля­ет собой наслед­ни­ка духов­ных потен­ций Бога, то и раз­де­ле­ние его зер­на про­ис­хо­дит непре­стан­но. Кри­сма дро­бит и исто­ща­ет мона­ду как вме­сти­ли­ще духов­но­го нача­ла. При физи­че­ском уга­са­нии воз­рас­та­ет мощь духов­ных воздействий.

В свит­ке вопло­ще­ний могут быть и пустые стра­ни­цы, когда дух, по неко­то­рым при­чи­нам, не осе­ня­ет тело сво­ей энер­ги­ей и дер­жит обо­лоч­ку как запас­ной вари­ант вопло­ще­ний для каких-то осо­бых, толь­ко ему извест­ных задач, учи­ты­вая, что парал­лель­но он име­ет на пла­не­те, в то же самое вре­мя, несколь­ко тел. Но мож­но еще раз повто­рить, что это нель­зя назы­вать дроб­ле­ни­ем зер­на духа, кото­рое в прин­ци­пе не воз­мож­но. Дели­мость духа не под­ра­зу­ме­ва­ет дроб­ле­ние. Дели­мость — это ода­ре­ние каж­дой новой обо­лоч­ки пол­но­цен­ным мона­ди­че­ским созна­ни­ем. Когда ртуть выли­ва­ет­ся на глад­кий пол и от уда­ра рас­па­да­ет­ся на мел­кие шари­ки-кап­ли, ведь каж­дая из них не теря­ет сво­ей целост­но­сти и хими­че­ско­го соста­ва, и при сли­я­нии они сно­ва ста­но­вят­ся еди­ным целым.

Есте­ствен­ное раз­мно­же­ние еди­но­го цело­го может до бес­ко­неч­но­сти участ­во­вать в этом про­цес­се, не теряя сво­е­го каче­ства, так же как самая кро­хот­ная капель­ка рту­ти может при опре­де­лен­ных усло­ви­ях раз­дро­бить­ся на тыся­чи еще более мел­ких ртут­ных шари­ков: ведь даже в мик­ро­ско­пи­че­ском раз­ме­ре — это все та же ртуть, со все­ми ее хими­че­ски­ми осо­бен­но­стя­ми. Деле­ния как тако­во­го нет. Есть созда­ние новых монад, кото­рые не явля­ют­ся заме­сти­те­ля­ми, но — отдель­ны­ми само­сто­я­тель­ны­ми частями.

Объ­еди­не­ние с про­стран­ствен­ным огнем рож­да­ет напря­же­ние и рас­ши­ре­ние мона­ды. На кра­ях огнен­но­го зер­на появ­ля­ют­ся сна­ча­ла лучи, а потом кро­хот­ные шары, созре­ва­ние кото­рых длит­ся до тех пор, пока они не начи­на­ют отде­лять­ся и дви­гать­ся само­сто­я­тель­но, пус­кая кор­ни в про­стран­ство. Это похо­же на живое дере­во, кото­рое выра­щи­ва­ет на кра­ях листоч­ков малень­кие листья. Они отры­ва­ют­ся и, падая на зем­лю, при­ни­ма­ют­ся, раз­ви­вая кор­не­вую систе­му. Мона­да не делит­ся, но выра­щи­ва­ет подо­бия себе. И это увя­зы­ва­ет­ся с тео­ри­ей неде­ли­мо­сти зер­на духа.

Дере­во вырас­та­ет из кро­шеч­но­го зер­на. Точ­но так же свя­щен­ный кедр духа вырас­та­ет из зер­на мона­ды, воз­но­ся созна­ние в сфе­ры непред­ска­зу­е­мо­го зна­ния. Точ­но так же это све­то­вое дере­во при­но­сит свои пло­ды в мирах кос­ми­че­ском и зем­ном, давая жиз­ни инте­рес и азарт нахож­де­ния зерен муд­ро­сти в самых обыч­ных подроб­но­стях суще­ство­ва­ния. Эти зер­на рас­сы­па­ны в сером пес­ке обы­ден­но­сти и сме­ша­ны с ним, дела­ясь почти незаметными.

Дели­мо­стью духа мож­но назвать все мыс­ле­твор­че­ство, когда кро­шеч­ные сгуст­ки от солн­ца мона­ды выбра­сы­ва­ют­ся вме­сте с мысле­фор­мой, состав­ляя ее сокро­вен­ное сре­до­то­чие. И чем мощ­нее импульс устрем­ле­ния, тем более мобиль­на и стре­ми­тель­на мол­ния мыс­ли. Она дости­га­ет цели, кото­рую выно­си­ла и наме­ти­ла, в мгно­ве­ние ока, выры­ва­ясь из серд­ца. Это мож­но срав­нить с рож­де­ни­ем новой галак­ти­ки через накап­ли­ва­ние внут­рен­не­го напряжения.

Обла­да­ю­щие спо­соб­но­стью лучи­сто­го духа име­ют осо­бен­ность неогра­ни­чен­ной дели­мо­сти и могут лег­ко дей­ство­вать за пре­де­ла­ми Сол­неч­ной систе­мы. Мона­да тако­го уров­ня, обла­да­ю­щая каче­ством лучи­сто­сти, спо­соб­на посы­лать свои искры в раз­ные кон­цы Бес­пре­дель­но­сти, где они могут оста­вать­ся и жить само­сто­я­тель­ной жиз­нью. Стран­ствуя по мирам, такие отдель­ные вопло­щен­ные искры при­об­ре­та­ют неоце­ни­мый опыт, кото­рый, по воз­вра­ще­нии назад, обо­га­тит всю сокро­вищ­ни­цу духа.

Деле­ние кле­ток во всей сво­ей тон­ко­сти повто­ря­ет выс­шую дея­тель­ность дели­мо­сти зер­на духа. Зем­ные про­цес­сы чело­ве­че­ско­го орга­низ­ма лишь блед­ное отра­же­ние дея­тель­но­сти зер­на духа. Даже семя зем­ное, про­рас­тая и давая жизнь новой фор­ма­ции, не про­сто уми­ра­ет, но дает при­рост в десят­ки, сот­ни, а то и тыся­чи раз, являя вели­чай­шую жиз­не­спо­соб­ность в умно­же­нии сво­е­го подобия.

Изме­не­ния в ядре духа могут про­ис­хо­дить как в сто­ро­ну роста и раз­ви­тия, так и в сто­ро­ну исто­ще­ния, и даже раз­ру­ше­ния, мона­ды. Искра духа может так глу­бо­ко погру­зить­ся в пепел мате­ри­аль­но­сти, что почти пре­кра­ща­ет сиять и лишь едва теп­лит­ся, согре­вая физи­че­ские потреб­но­сти жиз­ни. При росте мона­ды про­ис­хо­дит явле­ние дели­мо­сти духа, спо­соб­ное созда­вать созна­тель­ных двой­ни­ков, рас­ши­ря­ю­щих воз­мож­но­сти обре­те­ния все­лен­ско­го опыта.

Каж­дая часть мона­ды может раз­ви­вать­ся по-сво­е­му. Веду­щей может быть муж­ская или жен­ская поло­ви­на. Может быть дис­ба­ланс раз­ви­тия каж­дой части как в одну, так и в дру­гую сто­ро­ну. Непред­ска­зу­е­мы дви­же­ния маят­ни­ка эво­лю­ции. Дели­мость мона­ды может про­ис­хо­дить при чрез­мер­ной нагруз­ке серд­ца тяж­ки­ми кар­ми­че­ски­ми эле­мен­та­ми. Одна из частей мона­ды заби­ра­ет одно из самых тяж­ких качеств для отра­бот­ки его в отдель­ном теле. Без дроб­ле­ния мона­да может не выдер­жать натис­ка тама­си­че­ских энер­гий и раз­ру­шит­ся без­воз­врат­но. Дру­гая, более про­дви­ну­тая, часть ока­зы­ва­ет посиль­ную помощь страж­ду­щей части сво­ей. Часто это явле­ние назы­ва­ют везе­ни­ем или уда­чей. Сцеп­ле­ние раз­ных частей мона­ды про­ис­хо­дит лишь в кон­це пери­о­да отра­бот­ки кар­мы каж­дой частью. Дроб­ле­ние может про­ис­хо­дить бесконеч­но. Каж­дая часть мона­ды при­спо­саб­ли­ва­ет­ся и обособ­ля­ет­ся настоль­ко, что при встре­че с дру­гой частью может вызвать враж­деб­ность и отчуж­де­ние в силу раз­но­сти кар­ми­че­ских заря­дов. Никто не хочет терять свою сво­бод­ную волю и отно­си­тель­ную обособ­лен­ность, какой бы она ничтож­ной ни была. Часто мона­да дро­бит­ся по сти­хий­ным признакам.

Рас­по­зна­ва­ние частей себя не все­гда при­ят­но. Могут быть и почти враж­деб­ные отно­ше­ния меж­ду частя­ми духа лишь пото­му, что одна из них раз­ви­ва­лась духов­но и, зна­чит, эво­лю­ци­о­ни­ро­ва­ла, а дру­гая про­пи­та­лась духом мате­ри­аль­но­сти так глу­бо­ко, что не жела­ет ни думать, ни слы­шать ни о каком един­стве раз­умов. И тогда та часть, кото­рая быст­рее дости­га­ет све­то­нос­но­сти, ста­но­вит­ся хра­ни­те­лем и настав­ни­ком души, погряз­шей в неве­же­стве и заблуждениях.

Наша нынеш­няя жизнь — это встре­чи с дру­зья­ми и вра­га­ми, кото­рых мы при­об­ре­ли когда-то. А люди, с кото­ры­ми у нас уста­но­ви­лись осо­бые отно­ше­ния, — это не про­сто люби­мые, доро­гие или близ­кие, это части нас самих. И если в чьем-то при­сут­ствии вы чув­ству­е­те себя необык­но­вен­но хоро­шо, увле­чен­но и чудес­но, то знай­те, что перед вами нахо­дит­ся часть вашей вопло­щен­ной силы, кото­рая когда-то дав­но отпоч­ко­ва­лась от вели­кой вет­ви духа и пусти­ла само­сто­я­тель­ные кор­ни в про­стран­стве, обре­тя отно­си­тель­ную независимость.

Подо­бия наши живут во мно­гих пла­нах суще­ство­ва­ния, испол­няя зада­чу сво­е­го назна­че­ния в опре­де­лен­ной сфе­ре. Таких слеп­ков, или живых отоб­ра­же­ний, мно­гое мно­же­ство. И в каж­дом — малая искра еди­ной мона­ды. В этом слу­чае дроб­ле­ние осно­вы не сред­ство нака­за­ния, но эле­мент все­объ­ем­лю­ще­го меха­низ­ма позна­ва­ния. Аген­ты еди­но­го духов­но­го зер­на могут жить в раз­ных мирах и галак­ти­ках, близ­ких и даль­них, высо­ких и низ­ких. Наши отоб­ра­же­ния могут иметь раз­ную фор­му созна­ния: тон­кую или мине­раль­ную, анаэ­роб­ную или кис­ло­род­ную, огнен­ную или вод­ную. Мы вез­де при­сут­ству­ем и во всем участ­ву­ем. Имен­но эта все­объ­ем­ле­мость и дает нам ощу­ще­ние нашей боже­ствен­но­сти и жаж­ду знать боль­ше того, что есть в нашем распоряжении.

Дели­мость духа поз­во­ля­ет при­сут­ство­вать во мно­гих местах мира одно­вре­мен­но, совер­шая физи­че­ские дей­ствия. Это некое подо­бие тел в фор­ме уплот­нен­но­го аст­ра­ла. Но исте­че­ние созна­ния, обле­ка­ясь в подо­бие внеш­нее изна­чаль­ной похо­же­сти, может быть раз­лич­но­го каче­ства, в зави­си­мо­сти от назна­чен­ных задач эво­лю­ции. Но без напря­же­ния духа даже луч мона­ды не смо­жет про­ник­нуть через физи­че­ское тело. При мощи духа защи­та огнен­ной обо­лоч­ки сама созда­ет фено­ме­ны отры­ва про­ту­бе­ран­цев экто­плаз­мы. Мыс­лен­ная фор­ма обле­ка­ет­ся в эту мате­рию огнен­но­го исте­че­ния, покры­ва­ясь вих­рем согла­со­ван­ных стихий.

Так вели­ко зна­че­ние дели­мо­сти духа. Позна­ние всех сто­рон созна­ния и бес­чис­лен­но­го коли­че­ства его сло­ев может обо­га­тить зна­че­ние жиз­ни как сред­ства добы­ва­ния опы­та. Дели­мость духа поз­во­ля­ет чело­ве­ку при­бли­зить­ся к мно­го­мер­но­сти боже­ствен­ной, к все­объ­ем­лю­ще­му каче­ству Буд­ды. Являя таин­ство дели­мо­сти, обре­та­ем вез­де­сущ­ность. Для серд­ца, пыла­ю­ще­го готов­но­стью ежем­гно­вен­но отклик­нуть­ся на крик о помо­щи, это весь­ма насущ­но. Уметь напра­вить мысль дей­ствен­но­го добра к источ­ни­ку стра­да­ний — зна­чит нало­жить баль­зам цели­тель­ный на рану кро­во­то­ча­щую. Поми­мо мило­сер­дия и состра­да­тель­ной дея­тель­но­сти, дели­мость духа дает воз­мож­ность посе­щать самые даль­ние и про­ти­во­по­лож­ные точ­ки Бес­пре­дель­но­сти, где маг­нит­ные токи осо­бен­но бла­го­при­ят­ны огню сердца.

Мно­го­му мож­но научить­ся у поле­тов даль­них. Мно­гое мож­но постичь в созна­тель­ной дели­мо­сти духа. На каж­дом из даль­них миров куль­ти­ви­ру­ет­ся какое-то одно из палит­ры чело­ве­че­ских качеств. Такие подроб­но­сти могут быть не толь­ко поучи­тель­ны, но пре­крас­ны, ибо мощь Кра­со­ты раз­ли­та по всем угол­кам необъ­ят­ной все­лен­ной. Неожи­дан­ность ее соче­та­ний может при­ве­сти дух в состо­я­ние смя­те­ния или пре­крас­ной вос­хи­щен­но­сти от уви­ден­но­го. Лишь малая кап­ля воз­мож­но­стей духа исчер­па­на. Лишь малая часть сил Вели­кой Мате­ри Кра­со­ты про­яв­ле­на. Но и эту незна­чи­тель­ную часть твор­че­ства Серд­ца Мате­ри Мира труд­но вме­стить заужен­но­му созна­нию человеческому.

Вос­пи­та­ние Кра­со­той тол­ка­ет дух к дели­мо­сти. Энер­гия огнен­но­го тела, тес­нясь в рам­ках зем­ных, исте­ка­ет, сгу­щая токи каж­дой сво­ей части по маг­нит­но­му прин­ци­пу инте­ре­са. Тво­ря­щие взры­вы устрем­ля­ют мыс­ли дале­ко впе­ред, раз­но­ся повсю­ду части созна­ния, кото­рые не уте­ря­ли свя­зи с еди­ным целым. Так и напра­ши­ва­ет­ся ана­ло­гия с высо­ким при­ме­ром Еди­но­го Абсо­лю­та. Силу тай­ны хра­нит мно­го­мер­ность духа. Силу тай­ны несет дели­мость его. И какие зер­на дадут пло­ды луч­шие, зна­ет толь­ко сердце.

В каж­дой мыс­ли, уле­тев­шей из серд­ца, зало­жен атом духа. Она явле­на как само­сто­я­тель­ное суще­ство, рож­ден­ное огнем мона­ды. И не есть ли это бес­ко­неч­ный акт дели­мо­сти духа, когда цен­траль­ная часть созна­ния исто­ча­ет лучи разум­но­сти подоб­но малень­ко­му солн­цу? Истин­но так. Про­ту­бе­ран­цы мыс­лей уно­сят­ся в даль­ние миры, где ста­но­вят­ся осно­ва­ни­ем пла­нет и звезд. Мыс­ля широ­ко, ста­но­вим­ся Сотруд­ни­ка­ми Начал. И это не конец мыс­ли­тель­ной рабо­ты, а лишь малое при­ло­же­ние энер­гий, зало­жен­ных в неис­чер­па­е­мых сокро­вищ­ни­цах духа. Как маг­нит­ная вол­на соби­ра­ет раз­ные тече­ния мыс­лей, кото­рые устрем­ля­ют­ся к ее сре­до­то­чию, так и дух, рас­ка­ля­ясь, обре­та­ет каче­ство вле­ку­ще­го центра.

Солн­це оста­ет­ся солн­цем. Но каж­дое отра­же­ние на воде, в зер­ка­ле или на шли­фо­ван­ной поверх­но­сти несет теп­ло его луча и мини­а­тюр­ную его часть. В этом и толь­ко в этом заклю­ча­ет­ся суть дели­мо­сти духа. Духов­ные пре­лом­ле­ния не дро­бят мона­ду, но раз­де­ля­ют искры ее на плане про­яв­лен­ном. На выс­шем уровне прин­цип оста­ет­ся неде­лим. Но назвать его непо­движ­ным нель­зя. Там про­ис­хо­дят еще более глу­бо­кие и таин­ствен­ные про­цес­сы пре­об­ра­зо­ва­ния, раз­ви­тия и веч­но­го дви­же­ния, кото­рые потом вопло­ща­ют­ся, опус­ка­ясь в мир плотный.

Деле­ние духа доступ­но, когда цен­тры пла­мен­но горят, созда­вая вихрь духов­ных дей­ствий на даль­ние миры. Каж­дый сгу­сток плаз­мы зер­на духа при­спо­саб­ли­ва­ет­ся к усло­ви­ям пла­нет­ным на любом про­стран­стве Бес­пре­дель­но­сти. Плаз­мо­и­ды явля­ют собой такие части отде­лен­но­го духа. В их разум­но­сти нет сомне­ния, как и в том, что они хоро­шо реа­ги­ру­ют на сер­деч­ные запро­сы и прось­бы не навре­дить. То же каса­ет­ся и шаро­вых мол­ний, кото­рые мож­но посы­лать для помо­щи или даль­ней свя­зи. В опре­де­лен­ных усло­ви­ях они раз­во­ра­чи­ва­ют­ся и при­ни­ма­ют любую доступ­ную для наше­го вос­при­я­тия форму.

Спо­соб­ность дели­мо­сти духа никак нель­зя срав­ни­вать с тем, когда пре­сле­ду­е­мый вра­га­ми маг сбра­сы­ва­ет с себя свои слеп­ки, или фан­то­мы. Такое аст­раль­ное кло­ни­ро­ва­ние может соста­вить целое вой­ско, борю­ще­е­ся с отря­дом напа­да­ю­щим. Но это, одно­знач­но, пустые обо­лоч­ки, кото­рые после ата­ки сле­ду­ет рас­пы­лять, дабы блуж­да­ю­щие духи не вос­поль­зо­ва­лись этой скор­лу­пой. Их мож­но назвать мыль­ны­ми пузы­ря­ми и лишь для отвле­че­ния вни­ма­ния нуж­но исполь­зо­вать. А что каса­ет­ся дели­мо­сти духа, то здесь про­ис­хо­дит пол­но­цен­ное раз­де­ле­ние созна­ния — вер­нее, рав­но­цен­ное при­сут­ствие в каж­дой из создан­ных обо­ло­чек как зер­на духа, так и общих накоп­ле­ний памя­ти и разу­ма. Эти части могут быть види­мы и ощу­ща­е­мы и явля­ют одну из тайн вез­де­су­ще­ства боже­ствен­но­го. Каж­дый чело­век заду­ман как часть Бога в его духов­ном аспек­те. А ниже Кар­ма-Дэвы рас­пре­де­ля­ют доступ­ность того или ино­го энер­ге­ти­че­ско­го тела для реше­ния вели­ких задач космоса.

Наши парал­лель­ные жиз­ни — это тема осо­бо­го, сокро­вен­но­го тру­да. Без орби­таль­ных стан­ций чело­век не мог бы жить на орби­те пла­не­ты. Без соот­вет­ству­ю­щих тел он не может посе­щать Выс­шие Миры. Но тела высо­кой фор­ма­ции не ждут зем­но­го хозя­и­на. Они живут сво­ею, очень насы­щен­ной жиз­нью. И зем­ное тело может не знать об этом, но ощу­щать токи, виб­ра­ции или мыс­ли ино­го пла­на. Для при­вле­че­ния тел выс­ших нуж­на созна­тель­ность высо­чай­шая. И чем выше уро­вень наших зем­ных виб­ра­ций, тем пол­нее наше бытие.

Гипо­те­за о парал­лель­но­сти суще­ство­ва­ния вовсе не выдум­ка. Силь­ные духи про­хо­дят фазы сво­ей жиз­ни одно­вре­мен­но на несколь­ких пла­нах, но не осо­зна­ют это­го из-за раз­ры­ва цепи миров. Корич­не­вый газ лиша­ет памя­ти аст­раль­ное тело. Оно не пом­нит о том, что выс­шие тела живут сво­ей соб­ствен­ной жиз­нью. Арха­ты, очи­стив связь всех сво­их тел, зна­ют это и лег­ко могут дей­ство­вать на всех трех пла­нах. Их созна­ние свя­за­но воеди­но и не смо­жет забыть­ся в дебрях зем­но­го забве­ния. Даже внут­ри­утроб­ный пери­од их созна­те­лен и не пре­ры­ва­ет вос­при­я­тия мира. Сон забы­тья не может поки­нуть такое серд­це, и ясность пере­хо­да гра­ниц меж­ду мира­ми пере­жи­ва­ет­ся чет­ко и в пол­ной мере.

Вер­сия нас самих, но в дру­гой фор­ме энер­гий, суще­ству­ет на всех бес­чис­лен­ных пла­нах созна­ния. Наши выс­шие тела мож­но посчи­тать копи­я­ми или кло­на­ми, но это невер­но. Они явля­ют собой вопло­ще­ние наших прин­ци­пов, или наи­бо­лее духов­ных идей или мыс­лей. То же самое каса­ет­ся и наших низ­ших копий, этих малых и боль­ших стра­жей поро­га, кото­рых нуж­но побе­дить, преж­де чем мы под­ни­мем­ся выше. Борь­ба с низ­ши­ми каче­ства­ми име­ет реаль­ный образ. И отме­нять его или пре­вра­щать в абстракт­ные или фило­соф­ские поня­тия — обма­ны­вать себя. Наши низ­шие и выс­шие вопло­ще­ния все еще живут и будут жить все­гда в про­стран­ствах бес­чис­лен­ных космосов.

Мно­гие выс­шие и низ­шие части нас живут авто­ном­но и не узнан­ные друг дру­гом, как выпу­щен­ные когда-то стре­лы мыс­лей. Выс­шие прин­ци­пы вопло­ще­ны в Ангель­ских Мирах как огнен­ные суще­ства, кото­рые при­бли­жа­ют­ся к суще­ству физи­че­ско­му в час его готов­но­сти к встре­че, во вре­мя молит­вы или потря­се­ний. Ангел-Хра­ни­тель, или вопло­щен­ный в Выс­ших Пла­нах дух, при­хо­дит и в час осво­бож­де­ния от тяго­ты зем­но­го тела. Если накоп­ле­ния духа вели­ки, то он берет искру души с собой. Но если тем­ны и тяж­ки сле­ды дея­ний, то Страж Поро­га заби­ра­ет душу, побеж­дая Выс­шее Существо.

Слу­чаи мгно­вен­но­го пере­не­се­ния созна­ния после смер­ти из од­ного чело­ве­ка в дру­го­го объ­яс­ня­ют­ся мона­ди­че­ски­ми свя­зя­ми. Одно зер­но, раз­де­лен­ное на несколь­ко душ, может жить раз­дель­но и парал­лель­но в одном вре­ме­ни, хотя и в раз­ных частях одной пла­не­ты. Толь­ко части одной мона­ды могут слить­ся и сосу­ще­ство­вать, если толь­ко острое жела­ние жить не вытал­ки­ва­ет бес­со­зна­тель­ную живот­ную душу из сво­е­го вме­сти­ли­ща. Тех­ни­ка мона­ди­че­ских отно­ше­ний поз­во­ля­ет сли­я­ние одной части с дру­гой без кар­ми­че­ско­го ущер­ба. В осно­ве это­го фено­ме­на лежит прин­цип зем­ных вопло­ще­ний Вели­ких Учи­те­лей. Чело­век, оза­рен­ный Лучом одно­го из Вла­дык, может в кон­це опре­де­лен­но­го пери­о­да жиз­ни при­нять пол­но­стью мощь Высо­ко­го Духа.

Ино­гда души, пол­ные жиз­ни и не жела­ю­щие уми­рать, мгно­вен­но нахо­дят себе дру­гой физи­че­ский носи­тель, а вра­чи и род­ные изум­ля­ют­ся момен­таль­но­му выздо­ров­ле­нию боль­но­го, стра­да­ю­ще­го фор­мой хро­ни­че­ско­го безу­мия. Но дели­мость духа — нечто иное. И дает­ся она в самом кон­це эво­лю­ци­он­но­го про­цес­са. Вели­кие Учи­те­ля спо­соб­ны осе­нять Сво­им Лучом несколь­ких людей парал­лель­но. И каж­дое из вопло­ще­ний Вла­ды­ки не будет ущем­ле­но ни в силе, ни в чисто­те сво­ей. Такая фор­ма дели­мо­сти дает­ся еди­но­жды для завер­ше­ния накоп­лен­ных задач в мире земном.