Человек сущий. Том третий стр. 49

Молит­ва — это луч нашей души. Мыс­лен­ный труд или молит­ва серд­ца лишь тогда могут быть успеш­ны­ми, если они чисты.

Молит­ва — это раз­го­вор с Веч­но­стью. Она не долж­на быть суе­вер­ной, свое­ко­рыст­ной и злой: ина­че она ста­но­вит­ся кол­дов­ством. Засло­нен­ный экра­ном свет не даст осве­ще­ния. Серд­це, закры­тое от Бога, не будет искренне и про­ник­но­вен­но молиться.

Молит­ва есть непо­ко­ле­би­мая вера в суще­ство­ва­ние цепи Выс­ших Миров. Молит­ва есть раз­го­вор с Богом и Его воин­ством. Молит­ва обра­ще­на к Судь­бе как самой тон­кой силе жиз­ни нашей.

Молит­ва, еди­но­жды посе­лив­шись в нашем созна­нии, созда­ет вра­ще­ние высо­ких мыс­лей, вихрь кото­рых воз­но­сит дух к высо­кой оби­те­ли сво­ей. Молит­ва об умяг­че­нии сер­дец и избав­ле­нии людей от моро­ка зло­бы есть про­свет­ле­ние их душ. Молит­ва насла­и­ва­ет огонь, как золо­то сусаль­ное, слой за сло­ем, что­бы исте­че­ние бла­го­да­ти было непрестанным.

Выс­шая молит­ва — это та, кото­рая не выра­жа­ет­ся сло­ва­ми, но остав­ля­ет их, пото­му что они не успе­ва­ют за огнен­ным поле­том духа. Если в молит­ве нет лич­но­го жела­ния, дух под­клю­ча­ет­ся к энер­гии Миро­вой Воли. И тогда уже она пере­да­ет импульс чисто­го серд­ца, уси­ли­вая его и соби­рая воеди­но с дру­ги­ми таки­ми же импульсами.

Молит­ву мож­но заучи­вать, но луч­ше гово­рить сво­и­ми сло­ва­ми. И когда невоз­мож­но их подо­брать, надо молить­ся без­молв­но, сохра­няя ток тор­же­ствен­но­сти и почи­та­ния Выс­ше­го Нача­ла. Любовь, послан­ная серд­цем, воз­вра­ща­ет душев­ное рав­но­ве­сие и физи­че­ское здо­ро­вье. Глав­ное — не эпи­зо­ди­че­ски обра­щать­ся к Хра­ни­те­лям, но посто­ян­но не терять свя­зи с Духом-Наставником.

Молит­ву, кото­рую без уста­ли шеп­чет серд­це, не оста­но­вить даже окри­ком. Каж­дое серд­це изби­ра­ет свою фор­му­лу при­бли­же­ния к Богу. И она не может зву­чать бес­при­страст­но и зауныв­но. И она не может наску­чить нашей душе, ибо Бог пони­ма­ет лишь один без­молв­ный язык — язык само­от­вер­жен­ной любви.

Молит­ва — это не толь­ко обра­ще­ние к Гос­по­ду. Это еще и откры­тие серд­ца Ему. Может стать при­выч­ной, и даже обы­ден­ной, молит­ва для того, кто изо дня в день занят слу­же­ни­ем в хра­ме. Про­па­да­ют тор­же­ствен­ность и дове­ри­тель­ность Высо­кой Силе, вхо­дя­щей в душу. И боль­шин­ство слу­жи­те­лей куль­та ста­но­вят­ся духов­ны­ми при­спо­соб­лен­ца­ми, слов­но нищие на папер­ти, ожи­да­ю­щие подач­ки от прихожан.

Молит­ва не про­сто при­знак веру­ю­ще­го чело­ве­ка. Она омо­ве­ние от гря­зи, налип­шей на обо­лоч­ку души, кото­рая зовет­ся аурой. Леп­то­ны злых мыс­лей так тяже­лы, что смы­ва­ют­ся даже обыч­ной водой. А разо­гре­тое тело выде­ля­ет вме­сте с потом отло­же­ния нега­тив­ных пере­жи­ва­ний и скорби.

Молит­ва дает сло­вам иное зна­че­ние, как и музы­ка. Рас­пе­вы повы­ша­ют виб­ра­ции слов и смыс­ла, в них зало­жен­но­го. Рас­пе­вы упо­доб­ля­ют молит­вы ангель­ско­му пению. Неда­ром, пев­чие в хра­ме нахо­дят­ся на кли­ро­се, выше самих людей, участ­ву­ю­щих в богослужении.

Виб­ра­ции буд­дий­ских молитв счи­та­ют­ся самы­ми высо­ки­ми. Они про­ни­ка­ют в высо­чай­шие слои Ака­ши. И это дости­га­ет­ся тем, что в буд­диз­ме наи­бо­лее мощ­но прак­ти­ку­ет­ся состра­да­ние. В поток молитв, в его канал, про­ни­ка­ет мощь зна­ний Выс­ше­го Мира как обрат­ная связь на наши молит­вен­ные призывы.

Моли­тесь, но не поз­во­ляй­те мыс­лям низ­ким окра­ши­вать небо ваших свя­щен­ных при­зы­вов. Нель­зя уви­деть путь, если пес­ча­ная буря бьет в глаза.

Каж­дая молит­ва мол­нией соеди­ня­ет миры. Каж­дая молит­ва остав­ля­ет отпе­ча­ток в про­стран­стве. Как меч огнен­ный, свер­ка­ет сила духа осво­бож­ден­но­го. А тело как нож­ны кожа­ные для ору­жия бранного.

Без вдох­но­ве­ния молит­ва пуста. Она пре­вра­ща­ет­ся в мерт­вое бор­мо­та­ние и не согре­ва­ет серд­це. Лишь с любо­вью и тща­ни­ем она пре­вра­ща­ет­ся в мисте­рию соеди­не­ния миров. Когда огни серд­ца воз­го­ра­ют­ся, давая зем­ной при­ро­де искры пре­об­ра­же­ния, то даже кам­ни сия­ют огнем свя­щен­ным. Дар молит­вы и люб­ви — это при­знак живо­го сердца.

Муд­рец молит­ся посто­ян­но, даже не про­из­но­ся молитв. Под­но­ше­ние само­от­да­чи все­го себя на бла­го мира не может срав­нить­ся с теми дара­ми, кото­ры­ми люди пыта­ют­ся отку­пить­ся от Бога, совер­шив отступ­ле­ние от вели­ко­го Зако­на Благодати.

Ритм, выро­див­ший­ся в бор­мо­та­ние, не может помочь душе открыть Вра­та Радо­сти. Когда дух напол­ня­ет­ся готов­но­стью, то один порыв бес­сло­вес­ной пре­дан­но­сти спо­со­бен заме­нить тыся­чи песнопений.

Вихрь твор­че­ской мыс­ли выно­сит сло­ва молитв в мир чело­ве­че­ский. Тре­пет тор­же­ствен­ной люб­ви пере­да­ет­ся стре­лой обра­ще­ния. Без­молв­ная молит­ва выше заучен­ных слов. Воз­вы­шая дух, целые обла­сти устрем­ля­ем к изме­не­нию мышления.

Учим­ся молить­ся без­молв­но. Учим­ся таин­ству веч­ной бесе­ды с Выс­шим. Для моля­щих­ся важен огонь почи­та­ния и тор­же­ствен­но­сти, кото­рый состав­ля­ет эфир­ную состав­ля­ю­щую обра­ще­ний. Каж­дая бесе­да с Боже­ством есть при­вхож­де­ние огнен­но­го пото­ка истины.

Бесе­ды с Гос­по­дом дела­ют гла­за зря­чи­ми в Мир Огнен­ный. Они при­но­сит с бла­го­да­тью Его Дыха­ния искры бессмертия.

Мате­рия слов тоже име­ет свой­ство кон­ден­си­ро­вать огонь. Как огнен­ный бич, разят тем­ных сло­ва молит­вы, как мол­ния, ослеп­ля­ю­щая неве­же­ство, в тени кото­ро­го зата­и­лись самые опас­ные бацил­лы мрака.

Про­стое про­из­не­се­ние цитат из свя­щен­ных книг тоже дает поль­зу, вызы­вая огнен­ную память про­стран­ства. Но сер­деч­ное усво­е­ние живых энер­гий муд­ро­сти есть квинт­эс­сен­ция всех знаний.

Силь­на ради­а­ция молит­вы. Мощь свя­щен­ных слов неиз­ме­ри­ма. Мощь, изме­ня­ю­щая судь­бы людей и саму струк­ту­ру плот­но­го веще­ства тела.

Доб­рая мысль не зате­ря­ет­ся в мире серд­ца. Доб­рая мысль несет виб­ра­ции исце­ле­ния на моле­ку­ляр­ном уровне. Пото­му даже болез­ни ДНК лечит тихая молит­ва. Непре­стан­ное упо­ми­на­ние Высо­ко­го Име­ни созда­ет ауру при­сут­ствия Его энергий.

Мож­но оди­но­ки­ми огнен­ны­ми при­зы­ва­ми про­бо­дать про­стран­ство, но ничто не срав­нит­ся с объ­еди­ни­тель­ной мощью сер­деч­ных энер­гий. Молит­ва сли­тых воеди­но сер­дец, как мощ­ная раке­та, выво­дит при­зыв на порог Мира Огненного.

Каж­дый храм — сре­до­то­чие духов­но­сти. Даже при уча­стии недоб­ро­со­вест­ных слу­жи­те­лей куль­та поток боже­ствен­ной силы идет. Дом Бога виб­ри­ру­ет на молит­вы вне зави­си­мо­сти от посредника-жреца.

Вме­сте лег­че читать кни­гу наших зна­ний. Вме­сте лег­че вклю­чать гене­ра­тор Хро­ни­ки Ака­ши. Моле­ния все­гда были при­зва­ны, что­бы сооб­ща вой­ти не про­сто в пси­хо­ло­ги­че­ское поле, но под­нять­ся до уров­ня Огнен­ных Сфер. Даже если один выры­ва­ет­ся выше в таком моле­нии, осталь­ные под­дер­жи­ва­ют его и охра­ня­ют, пере­да­вая свои мыс­ли ему как посреднику.

Общие при­зы­вы к Силам Све­та явля­ют мол­нии, види­мые и неви­ди­мые. Помощь незри­мая посы­ла­ет­ся. Но как она может пере­да­вать­ся, если не через огонь? Молит­ва есть огнен­ный сгу­сток выс­ше­го чув­ства, ото­рван­ный от серд­ца и запу­щен­ный мыс­лью ввысь.

Слиш­ком слаб голос чело­ве­че­ско­го духа, для того что­бы он был услы­шан Выс­ши­ми Сила­ми. Для это­го Луч Вла­ды­ки дей­ству­ет как мега­фон. По кана­лу серд­ца молит­ва дохо­дит быстро.

Молим­ся не умом, но серд­цем и мощью чувств оду­хо­тво­рен­ных. Каж­дая молит­ва созда­ет из обыч­но­го чело­ве­ка высо­ко­го бхак­та, кото­рый по тро­пе люб­ви вос­хо­дит в Сад Господний.

Огнен­ное твор­че­ство молит­вы каж­дый раз уси­ли­ва­ет напря­же­ние в серд­це силой сво­ей. Если это­го нет, огонь гас­нет. Молим­ся с усер­ди­ем, воз­но­ся дух свой как мож­но выше.

Боль­шин­ство людей молят­ся не Богу, а сво­им пред­став­ле­ни­ям о Нем, что­бы Выс­ший слу­жил у них на побе­гуш­ках и испол­нял их капри­зы. Раз­ве воз­мож­но най­ти боль­шее кощун­ство, чем такое пони­ма­ние о наших Хра­ни­те­лях и Наставниках?

Воле­вой напор вну­шен­но­го упрям­ства счи­та­ет, что толь­ко его моле­ние кос­нет­ся ушей Гос­по­да. Кор­ни иезу­и­тиз­ма сидят в каж­дой самости.

Но из всех молитв и при­зы­вов к Все­выш­не­му Он при­зна­ет и слы­шит толь­ко ту, кото­рая про­сит о бла­ге все­го мира, о бла­го­ден­ствии души и веч­ной жаж­де духов­ной жизни.

Хуже все­го, когда энер­гия молит­вы ухо­дит на низ­мен­ные нуж­ды. Но это гово­рит о том, что этот центр явлен как веду­щий. Нуж­но искать точ­ку пере­клю­че­ния сил: ина­че при­дет­ся посто­ян­но ска­ты­вать­ся вниз, достиг­нув небес­ных обителей.

Не тре­вожь­те пона­прас­ну Выс­шее Суще­ство тем, что в силах решить сами. Лишь для устра­не­ния неодо­ли­мой пре­гра­ды при­зы­ва­ет­ся Боже­ствен­ное Про­ви­де­ние. Духов­ных ижди­вен­цев — боль­шая часть в мире. А подвиж­ни­ков, кото­рые посто­ян­но себя устрем­ля­ют к тру­ду духов­но­му, — ничтож­но малое количество.

Гос­подь нико­го не остав­ля­ет без Вни­ма­ния Сво­е­го. Гос­подь слы­шит моле­ние каж­дой души. И тому, кто про­сит за дру­гих, дает­ся боль­ше, ибо чело­век раду­ет­ся чужой уда­че, как сво­ей соб­ствен­ной. В резуль­та­те обра­зу­ет­ся двой­ная поль­за от испол­нен­ной молит­вы. Радуй­ся за ближ­не­го — и твое сокро­вен­ное жела­ние исполнится.

Пред Гос­по­дом мы обна­же­ны до самой сути сво­ей. Каж­до­му духу дан канал пря­мой свя­зи с избран­ным Боже­ством. И сред­ства выра­же­ния сво­ей люб­ви к Нему могут иметь раз­ные фор­мы. Каж­дый труд, посвя­щен­ный Хра­ни­те­лю или Настав­ни­ку, есть молит­ва, запе­чат­лен­ная в пред­ме­те, став­шем ито­гом это­го труда.

Утвер­ждая право­ту исти­ны, мож­но насы­тить про­стран­ство бла­го­род­ством огнен­ных прин­ци­пов, не заду­мы­ва­ясь об уто­ми­тель­ных про­це­ду­рах посе­ще­ния хра­мов. Гос­подь молил­ся на горе, и от это­го молит­ва Его не была менее вдох­но­вен­ной или без­ли­кой. Духом люб­ви про­кла­ды­ва­ем канал к совершенству.

В час напря­же­ния молит­вен­но­го надо обост­рять луч­шие каче­ства сво­е­го мыш­ле­ния, что­бы помочь вос­хож­де­нию к поро­гу Мира Огнен­но­го, где дыха­ние Серд­ца Мира нестер­пи­мо чисто. Про­ся о мире и бла­го­со­сто­я­нии всех живу­щих во все­лен­ной, мы совер­ша­ем акт кос­ми­че­ско­го сострадания.

Не суе­ве­ри­ем и стра­хом молим­ся, но энер­ги­ей люб­ви, собран­ной в кри­стал­ле тор­же­ствен­ной пре­дан­но­сти. Такая мол­ния про­би­ва­ет любую скор­лу­пу неве­же­ства и дости­га­ет Пре­сто­ла Выс­ше­го. Глав­ное — нако­пить напря­же­ние неот­ступ­но­сти и дерз­но­ве­ния, что­бы при­кос­нуть­ся к Подо­лу Мате­ри Мира вос­пла­ме­нен­ной мыс­лью своей.

В тишине пости­же­ний дух раз­го­ва­ри­ва­ет с Роди­ной сво­ей, не зная пре­град и огра­ни­че­ний. Веч­ная и непре­стан­ная молит­ва и есть вдох­но­ве­ние духа, когда ток свя­зи с Выс­шим Миром непрекращаем.

Бес­пре­дель­ность любит серд­ца, в Веч­но­сти живу­щие. Когда мы уста­ем от жиз­ни зем­ной, то обра­ща­ем взор свой к звез­дам, что­бы пыль зем­ных впе­чат­ле­ний оста­лась на доро­гах пла­не­ты, а дух воз­вра­тил­ся во вре­мя молит­вы в свое осле­пи­тель­но Белое Небо, где зарож­да­ют­ся все вели­кие идеи и про­ек­ты эво­лю­ци­он­но­го пере­устрой­ства мира.

В каком бы молит­вен­ном напря­же­нии чело­век ни нахо­дил­ся, все рав­но ввер­ху и вни­зу вид­на миров необо­зри­мость. Воис­ти­ну, чув­ству­ет себя чело­век, погру­зив­ший­ся в серд­це, Все­лен­ским Чело­ве­ком — Пуру­шей Веч­ным. И даже отрыв от тела зем­но­го не может нару­шить это состо­я­ние внут­рен­ней космичности.

Змеи неви­ди­мых лучей бороз­дят про­стран­ство. Мири­а­ды мыс­лей про­ни­зы­ва­ют мир и скре­щи­ва­ют­ся, соеди­ня­ясь или уни­что­жая друг дру­га. Но есть сереб­ря­ное пла­мя мол­ний, кото­рое истор­га­ют люди во вре­мя моле­ния. Они сви­ва­ют­ся в гигант­ские стол­бы вели­кой силы осно­ва­ния мира.

Кри­стал­лы соеди­ня­ют свет серд­ца пла­не­ты в еди­ную загра­ди­тель­ную сеть. По этой сети пуль­си­ру­ют молит­вы высо­ких свя­тых, так же как дви­жет­ся огонь по нер­вам чело­ве­че­ско­го тела.

Вло­жим в молит­ву выс­шую хва­лу и при­зна­тель­ность Силам, жизнь даю­щим. И, молит­ву тво­ря, не будем фор­ми­ро­вать ее в сло­ва. Пусть часть нашей души с молит­вой устрем­ля­ет­ся ввысь. Пусть одна энер­гия люб­ви течет в Серд­це Вели­ко­го Учителя.