Человек сущий. Том третий стр. 13

Как в про­стран­стве зажи­га­ют­ся и уми­ра­ют звез­ды, так заго­ра­ют­ся и уга­са­ют искры вопло­ще­ний. Но толь­ко в дви­же­нии это­го вели­ко­го коле­са пере­рож­де­ния — дви­же­ние вели­кой эво­лю­ции всех миров про­яв­лен­ных. Там, где насту­па­ет смерть, откры­ва­ет­ся новое рож­де­ние. Умер­ший в Мире Тон­ком рож­да­ет­ся в Мире Огня. Смерть и жизнь еди­ны, ибо явля­ют­ся поло­вин­ка­ми коле­са бытия. Страш­на не смерть, а страх смерти.

Страх смер­ти как ору­дие тьмы ухо­дит тогда, когда осо­зна­ешь, что сто­ишь на пере­пу­тье миров, на вели­ком кре­сте четы­рех изме­ре­ний, где выше и ниже тебя, сле­ва и спра­ва нахо­дят­ся мири­а­ды существ, для кото­рых ты зве­но нераз­рыв­ной цепи, и что через тебя про­бе­га­ет ток Еди­но­го Нача­ла, иду­щий свер­ху и ухо­дя­щий вниз. От вели­ко­го мак­ро­кос­ма до вели­ко­го мик­ро­кос­ма импульс Мира Духа ожив­ля­ет мил­ли­о­ны и мил­ли­ар­ды все­лен­ных раз­но­го уровня.

Нет смер­ти и тьмы. Уга­са­ние одной звез­ды порож­да­ет взрыв новой, кото­рая рож­да­ет­ся из серд­ца уми­ра­ю­щей. Тело, кото­рое остав­ля­ет энер­гия, рож­да­ет­ся в Мир Тон­кий. И нет в цепи бес­пре­рыв­ных рож­де­ний оста­нов­ки, если страх не пара­ли­зу­ет дух воли. Загля­ни­те по ту сто­ро­ну жиз­ни. Ликов про­шло­го не стра­ши­тесь. Бес­те­лес­ных существ не бой­тесь. Не из гро­ба вос­ста­ли, но живут в телах утон­чен­ных по зако­нам иным, чем зем­ные. Мерт­вых нет. И те души, что ушли за чер­ту мате­ри­аль­но­сти, живы. И не нуж­но стра­шить­ся при­зра­ков и при­ве­де­ний. Это лишь блуж­да­ю­щий отблеск жиз­ни былой.

Для нашей жиз­ни нет пре­град. Когда мы засы­па­ем в этом мире, мы про­сы­па­ем­ся в дру­гом. И наобо­рот. Зна­чит, созна­ние не уми­ра­ет, а лишь пере­хо­дит в дру­гую фор­му суще­ство­ва­ния. Зна­чит, нет мерт­вых душ — есть лишь мерт­вые тела. И все наши ушед­шие род­ные живы либо в мире радо­сти, либо в мире зем­ном, пере­ро­див­шись в новом теле. Жизнь не может оста­но­вить­ся. Жизнь не может уме­реть, ибо даже на опав­ших листьях рас­тет новая тра­ва, что­бы стать пита­ни­ем для живот­но­го мира.

Все сти­хии, поми­мо сози­да­тель­но­го сво­е­го назна­че­ния, явля­ют­ся еще и вели­чай­ши­ми очи­сти­те­ля­ми мира, вос­ста­нав­ли­вая свою изна­чаль­ную при­ро­ду во всех пла­нет­ных струк­ту­рах. Кру­го­во­рот воды в при­ро­де как отра­же­ние вра­ще­ния мыс­ли­тель­ной энер­гии, а так­же зако­на пере­рож­де­ния, нагляд­но и образ­но пред­став­ля­ет такой про­цесс обнов­ле­ния и очи­ще­ния созна­ний раз­но­го типа, начи­ная от все­объ­ем­лю­ще­го, сти­хий­но­го кос­ми­че­ско­го, до кон­крет­но­го, до самой малой искры вопло­щен­ной жиз­ни. Как сон от сопри­кос­но­ве­ния с Тон­ким Миром дает вос­ста­нов­ле­ние сил, так и уход чело­ве­ка из это­го вре­мен­но­го про­стран­ства дает иное, более моло­дое и силь­ное тело вза­мен ста­ро­му и устав­ше­му. Повто­ре­ние цик­лов рож­де­ния и уми­ра­ния наблю­да­ет­ся во всем окру­жа­ю­щем. Если вес­ной листья лишь появ­ля­ют­ся, рож­да­ясь из почек, то осе­нью они уми­ра­ют, выпол­нив свою жиз­нен­ную зада­чу, что­бы стать частью зем­ли, удоб­рив ее и обо­га­тив. Небес­ная вода чиста, прой­дя через про­цесс испарения.

Коле­со сан­са­ры бес­ко­неч­но вра­ща­ет души в кру­го­во­ро­те рож­де­ния. Даже коро­ли, достиг­нув пика сво­ей сла­вы, вынуж­де­ны остать­ся в оди­но­че­стве, для того что­бы понять всю тщет­ность самой высо­кой вла­сти и всей чело­ве­че­ской жиз­ни, про­ле­та­ю­щей, как обла­ко золо­той лист­вы, пада­ю­щей в стре­ми­тель­ную реку изме­не­ний жиз­ни, где тече­ние при­бьет каж­дый листо­чек к сво­е­му месту, кото­рое опре­де­ле­но ему необъ­яс­ни­мы­ми сила­ми, назы­ва­ю­щи­ми­ся кармой.

Мечет­ся чело­век, не нахо­дя выхо­да и бро­са­ясь из край­но­сти в край­ность, пыта­ясь одо­леть круг зем­но­го суще­ство­ва­ния, в кото­ром он зако­ван. Но нет креп­че затво­ра, чем цепь зем­ных жиз­ней и кар­ма, накоп­лен­ная раз­ны­ми каче­ства­ми существования.

Весь закон пере­рож­де­ния, весь цикл суще­ство­ва­ния в Яви, Нави и Пра­ви, о кото­ром мы име­ем лишь туман­ное пред­став­ле­ние, не осве­щен до кон­ца, ибо мно­гие опа­са­ют­ся этой темы. Есть лишь наме­ки на исти­ну. Целую жизнь мож­но отдать на осве­ще­ние Вели­ко­го Пере­хо­да, как ино­гда назы­ва­ют остав­ле­ние физи­че­ско­го тела и окон­ча­ние одно­го, в цепи бес­чис­лен­но­го мно­же­ства, воплощения.

Поче­му мы рож­да­ем­ся таки­ми? Как выби­ра­ем или как нам посы­ла­ют роди­те­лей? Какое обли­чье и наци­о­наль­ность ждут нас? Сколь­ко лет отме­ре­но каж­до­му жить? Все это и мно­гое, мно­гое дру­гое, что по боль­шей части регу­ли­ру­ет­ся Мате­рью Судь­бой, вклю­чая наше исправ­ле­ние в Тон­ком Мире и обу­че­ние опре­де­лен­ным пре­муд­ро­стям избран­но­го нами направ­ле­ния твор­че­ской дея­тель­но­сти, оста­ет­ся за зана­ве­сом непро­ни­ца­е­мо­сти, а слу­чай как внеш­ний аспект Мако­ши-Мате­ри при­ни­ма­ет­ся как един­ствен­но вер­ный спо­соб реше­ния жиз­нен­ных ситу­а­ций. Но, поми­мо фаталь­ных сил, и сам чело­век участ­ву­ет в фор­ми­ро­ва­нии поля сво­ей уча­сти. Сво­бод­ный выбор может стать поме­хой, но он же, попав в поток кос­ми­че­ских созву­чий, явля­ет­ся пару­сом наших устрем­ле­ний, вся­че­ски спо­соб­ству­ю­щим наше­му про­дви­же­нию к эво­лю­ци­он­ной зада­че жизни.

Пла­мя жиз­ни горит в нас и не сжи­га­ет. Ветер раз­ду­ва­ет жела­ния, но, уто­лен­ные, не кон­ча­ют­ся они. При­хо­дит свет с восто­ка и уга­са­ет на запа­де, завер­шая круг днев­ной. День пере­хо­дит в ночь, но вре­мя не исся­ка­ет в дви­же­нии сво­ем. Зима при­хо­дит на сме­ну лету, а вес­на — вслед холо­дам. Закон повто­ре­ний неиз­ме­ня­ем, как вре­мя увя­да­ния и цве­те­ния. И мир чело­ве­че­ский, насы­тив­шись кра­со­тою моло­до­сти, посте­пен­но вос­хо­дит вверх, к вер­ши­нам ста­ро­сти, где ред­ки цве­ты и мор­щи­ны кам­ней при­выч­ны к натис­ку вет­ра пере­мен. И так, под­ни­ма­ясь все выше и выше, душа остав­ля­ет тело и ста­но­вит­ся сереб­ри­стым обла­ком, сво­бод­ным и летя­щим над пред­ме­том сво­их стра­да­ний и вожделений.

Сереб­ри­стое обла­ко не про­сто соби­ра­ет­ся над голо­вой, выте­кая из щели Тре­тье­го Гла­за и затыл­ка. Оно при­об­ре­та­ет фор­му и внеш­ность духа, кото­рый был заклю­чен в теле.

Кра­со­той осве­щен­ный вос­при­ни­ма­ет смерть как осво­бож­де­ние. Но важ­но уйти с зем­ли чистым и не уне­сти ни одной пылин­ки физи­че­ских вожде­ле­ний. Вход в неко­то­рые лабо­ра­то­рии раз­ре­ша­ет­ся при стро­жай­шем режи­ме сте­риль­но­сти. Но при пере­хо­де в мир иной это необ­хо­ди­мо в более зна­чи­тель­ной сте­пе­ни. Если мерт­вое тело омы­ва­ют от леп­то­нов про­шлой жиз­ни, то душа долж­на очи­стить­ся еще при жиз­ни, уда­ляя гряз­ные мыс­ли и осво­бож­да­ясь от дур­ных при­вы­чек. Маг­нит Веч­ной Жиз­ни при­тя­ги­ва­ет толь­ко живые зер­на. Почер­нев­шие же идут на раз­ло­же­ние, ибо сила духа поки­ну­ла их и они уже не могут пло­до­но­сить. Даже живот­ные и пти­цы не тро­нут пустое семя. Они чув­ству­ют отсут­ствие жиз­нен­ной силы. Но свет серд­ца воз­жи­га­ет­ся, как все­лен­ная, из глу­би­ны духа.

Каж­дый миг можем быть при­зва­ны на слу­же­ние. Но как пой­дем, обре­ме­нен­ные гру­зом недо­стат­ков? Зачем нести бес­по­лез­ную ношу в даль­ние края? Оставь­те зем­ле то, что ей при­над­ле­жит. Стя­жа­ние богат­ства и ком­форт­ные усло­вия не изба­вят нас от пере­хо­да в иной мир в суж­ден­ный срок. Мож­но стра­дать и мучить­ся, но все же дой­ти до сво­ей чер­ты честно.

В лихо­рад­ке боли и жела­ния жить пре­бы­ва­ют души. Страх засло­ня­ет от них вели­кую воз­мож­ность пере­хо­да в иной мир. Но как стать полез­ным и там, а не остать­ся блуж­да­ю­щим духом? Поль­за вели­ка, если спо­кой­но и созна­тель­но дух ухо­дит в Веч­ность, удер­жи­вая в памя­ти все свое уме­ние, во всех мирах полученное.

Лишь пуг­ли­вый конь боит­ся сво­ей тени. А дух веч­но­го пут­ни­ка посы­ла­ет зем­ное тело пре­тер­пе­вать самые невы­но­си­мые испы­та­ния холо­дом и жаром, голо­дом и жаж­дой, смер­тель­ной уста­ло­стью и лег­ко­мыс­лен­ной жиз­нью, тру­дом и раз­вле­че­ни­я­ми, горем и радо­стью. И в этом диа­па­зоне поляр­но­сти, как меж­ду дву­мя бере­га­ми, дви­жет­ся поток веч­но­го бытия. По эту и по ту сто­ро­ны этой реки вре­ме­ни тол­пят­ся живу­щие. Одни — что­бы пере­плыть, отдох­нуть от зем­ных забот и воз­вра­тить­ся в Оби­тель, отку­да они ушли когда-то. А на дру­гом бере­гу тол­пят­ся те, кто гото­вит­ся к вопло­ще­нию, зная, что их ждет и какой урок тер­пе­ния они полу­чат на земле.

Мы, люди, все счи­та­ем наши годы, а серд­це зна­ет, что оно бес­смерт­но, уми­рая в одном каком-то теле и рож­да­ясь в дру­гом бес­чис­лен­ное мно­же­ство суще­ство­ва­ний. Ныр­нув­шие в оке­ан мате­рии, мы не можем выныр­нуть на поверх­ность, опа­са­ясь смер­ти. Но ведь смерть есть рож­де­ние в дру­гой мир, где сво­бо­ды для мыс­лей и дей­ствий гораз­до боль­ше, чем сре­ди ост­рых скал зем­ных высот.

В этом мире нет мерт­ве­цов. Все обре­че­ны на бес­смер­тие, пере­хо­дя из одно­го мира в дру­гой. Пока дух не поки­нет этот круг вопло­ще­ний, он до кон­ца обя­зан нырять на дно зем­ной жиз­ни и выны­ри­вать оттуда.

Но не будем цеп­лять­ся за это мир ког­тя­ми зем­но­го жиз­не­лю­бия. Луч­ше спо­кой­но пере­ле­теть в мир ожи­да­ния, перед тем как будет опре­де­ле­но наше место в гра­да­ции миров. Чере­да рож­де­ний и смер­тей — незыб­ле­мый закон чере­до­ва­ния цик­лич­но­сти бытия.

Во всех мирах все души живы. Ушли они с зем­но­го пла­на или оста­лись здесь, путь духа не может прекратиться.