Человек сущий. Том первый стр. 56

Вели­чай­шая сила люб­ви более все­го пред­став­ле­на во все­объ­ем­лю­щем чув­стве состра­да­ния. Диа­па­зон при­ло­же­ния состра­да­ния так велик, что обни­ма­ет почти все сто­ро­ны зем­ной жиз­ни. Чело­век тем и отли­ча­ет­ся от живот­ных, что может сде­лать выбор в сто­ро­ну луч­шую, кото­рая корен­ным обра­зом меня­ет пове­де­ние его сознания.

Состра­да­ние озна­ча­ет искрен­нее, сер­деч­ное соуча­стие стра­да­нию и горю чело­ве­че­ско­му. Это не разо­вый акт мило­сер­дия, но все­объ­ем­лю­щая док­три­на помо­щи людям.

Опе­ча­ле­ны серд­ца люд­ские. Кали-Юга нанес­ла в них столь­ко боли, что дол­го еще вкус горь­кой пыли будет сто­ять в гор­ле. Но за все­ми явле­ни­я­ми нуж­но видеть живую чело­ве­че­скую душу, томя­щу­ю­ся в мрач­ных глу­би­нах пло­ти. Нуж­но бро­сить туда сия­ю­щую мысль сострадания.

Откры­тие кана­лов зре­ния серд­ца дает видеть общий про­цесс чело­ве­че­ских заблуж­де­ний от нача­ла до кон­ца. На осно­ве это­го виде­ния и воз­го­ра­ет­ся состра­да­ние к суще­ствам, живу­щим в тумане предрассудков.

Мно­го оди­но­ких и обез­до­лен­ных. Мно­го уни­жен­ных и подав­лен­ных сво­им оди­но­че­ством. Солн­це серд­ца долж­но све­тить всем, ода­ряя их лас­кой духовной.

Пожа­ле­ем каж­дый камень, дере­во, цве­ток, птич­ку и зверь­ка, но, паче того, пад­ших людей или тех, кто был когда-то людь­ми. Све­том и теп­лом сво­е­го состра­да­ния согре­ем и облас­ка­ем их, давая силе люб­ви проявиться.

Мило­сер­дие отли­ча­ет­ся глу­бо­ким пони­ма­ни­ем существ раз­но­го уров­ня. Уме­ние раз­гля­деть в самом непри­гляд­ном чело­ве­ке искру боже­ствен­ной силы, талан­та и тру­до­лю­бия — каче­ство Арха­та. Внеш­няя пове­ден­че­ская непри­гляд­ность может ока­зать­ся лишь уме­лой защи­той. Как ежа спа­са­ют иглы, так и мяг­ко­го и доб­ро­сер­деч­но­го чело­ве­ка — суро­вость и неприступность.

Дух, лишен­ный состра­да­ния, обрас­та­ет мно­ги­ми болез­ня­ми и несча­стья­ми, выра­жая отри­ца­тель­ные каче­ства. Лишь исправ­ле­ние нега­ти­виз­ма и пес­си­ми­сти­че­ско­го взгля­да на жизнь сжи­га­ет в огне радо­сти кор­ни этих явле­ний. Состра­дая, отсе­ка­ем загла­ты­ва­ние нашей силы гне­вом, давая ей вопло­ще­ние ино­го рода. Раз­ви­вая само­от­да­чу и сочув­ствие ко всем живым суще­ствам, при­тя­ги­ва­ем силы кос­ми­че­ской люб­ви, для кото­рой ста­но­вим­ся маг­ни­том воздействия.

Но сре­ди изму­чен­ных голо­дом и холо­дом людей, сре­ди пора­бо­щен­ных, ограб­лен­ных и уни­жен­ных мы нахо­дим боль­ше све­та и сочув­ствия, чем в сытых горо­дах. Послед­ний без­дом­ный не лишен люб­ви к жиз­ни. Если даже он опу­стил­ся на самое дно, его жалость к малым мира сего гораз­до выше, чем у обес­пе­чен­ных обы­ва­те­лей. Он отдаст без­дом­ной соба­ке поло­ви­ну сво­е­го кус­ка хле­ба, хотя сам голо­ден, и даже остав­ши­е­ся крош­ки береж­но высып­лет на мосто­вую, что­бы накор­мить город­ских птиц.

Состра­да­ние не живет в бога­тых особ­ня­ках. За ред­ким исклю­че­ни­ем, люди, полу­чив­шие дар судь­бы, высо­ко­мер­но утвер­жда­ют, что они это­го достой­ны. Но раз­ве богат­ство не есть самое изыс­кан­ное испы­та­ние? И не про­ве­ря­ют ли состо­я­тель­ных людей на то, что­бы они не теря­ли лица чело­ве­че­ско­го и не осту­жа­ли серд­ца своего?

Мно­го раз каж­дая душа про­хо­ди­ла про­вер­ку на про­яв­ле­ние состра­да­ния и вос­пи­ты­ва­ла в себе этот роб­кий ого­нек добра, раз­ду­вая искру вне­зап­но заго­рев­шей­ся мыс­ли о бла­ге для все­го чело­ве­че­ства. Состра­дая дру­гим, рас­тим в серд­це кри­сталл благодати.

Люди, достиг­шие опре­де­лен­ной сте­пе­ни бла­го­по­лу­чия, оши­боч­но счи­та­ют, что не нуж­но помо­гать бед­ным и боль­ным, обви­няя всех в без­де­лье и неуме­нии жить. Но, как ска­зал Хри­стос: «Загля­ни­те в тем­ни­цы и боль­ни­цы — это тоже вы!»

Миры псих­боль­ниц, тюрем, домов пре­ста­ре­лых и хос­пи­сов тоже насе­ля­ют люди, тре­бу­ю­щие ухо­да как душев­но­го, так и чисто обы­ден­но­го. Души страж­ду­щие когда-нибудь вер­нут спол­на это­му миру за ту забо­ту, кото­рая была им ока­за­на. Мило­сер­дие не исче­за­ет. И одна­жды спа­сен­ный пут­ник жиз­ни, воз­мож­но, ста­нет пра­ви­те­лем стра­ны, где необыч­но разо­вьет­ся тема благотворительства.

Нель­зя отво­ра­чи­вать­ся от нужд чело­ве­че­ских, в высо­ко­ме­рии сво­ем утвер­ждая, что люди пожи­на­ют пло­ды соб­ствен­ной кар­мы. Может быть, судь­ба дает воз­мож­ность через вас помочь им, про­ве­ряя искрен­ность ваших намерений.

Через состра­да­ние зарож­да­ет­ся вели­кое чув­ство люб­ви ко все­му чело­ве­че­ству, каким бы оно убо­гим и уни­жен­ным ни было. Любить состо­я­тель­ных, кра­си­вых и извест­ных гораз­до при­ят­нее и лег­че, чем обез­до­лен­ных и бед­ных. Но все вели­кие духи при­хо­ди­ли к про­стым людям, обре­ме­нен­ным забо­та­ми о хле­бе насущ­ном и каж­до­днев­ном про­пи­та­нии, убеж­дая людей в том, что они нико­гда не быва­ют и не могут быть покинуты.

Даже зако­ре­не­лые пре­ступ­ни­ки ищут состра­да­ния, откры­вая бла­гую часть сво­е­го созна­ния навстре­чу све­ту, рас­ка­и­ва­ясь и утвер­ждая жела­ние изме­не­ний. Каж­дая чело­ве­че­ская душа ищет уте­ше­ния и выс­шей оцен­ки ее луч­ших качеств.

Мило­сер­дие дано про­явить бога­чам. Может быть, для это­го и было дано богат­ство. Сосуд кар­мы свя­зан со все­ми живу­щи­ми. И бла­го­по­лу­чие долж­но рас­про­стра­нять­ся на всех.

В ком нет мило­сер­дия ни еди­ной искры, в ком совесть даже не пода­ет голо­са — в том чело­ве­ке назна­че­ние не достиг­ну­то. Такое суще­ство не дотя­ги­ва­ет­ся до чело­ве­че­ских качеств и оста­ет­ся дей­ство­вать на уровне инстинк­та. В нем необы­чай­но раз­ви­та живот­ная душа и вся атри­бу­ти­ка, ей принадлежащая.

Не испы­ты­вай­те сожа­ле­ния, что любовь сво­е­го серд­ца отда­ва­ли недо­стой­ным людям. От каж­до­го импуль­са люб­ви выиг­ры­ва­ет ваше серд­це, ибо, раз­ви­ва­ясь, оно учит­ся боже­ствен­ной силе состра­да­ния. Наравне с этим само про­стран­ство напи­ты­ва­ет­ся тока­ми мило­сер­дия, рас­плав­ляя эгре­го­ры жесто­кой воли, остав­лен­ные нам в насле­дие эпо­ха­ми угне­те­ния и невежества.

Прак­ти­ка выс­ше­го досто­ин­ства тре­бу­ет мило­сер­дия ко всем живым суще­ствам, неза­ви­си­мо от того, омра­че­ны они злом или нет. Выс­шее мило­сер­дие счи­та­ет злых людей суще­ства­ми одур­ма­нен­ны­ми и поэто­му не власт­ны­ми над соб­ствен­ной волей.

Врож­ден­ное чув­ство люб­ви и состра­да­ния к чело­ве­че­ству — луч­шее, чего может добить­ся чело­ве­че­ское суще­ство на пла­не­те. Состра­дая даже демо­нам, помо­же­те им под­нять дух свой из глу­би­ны хаоса.

Даже повер­жен­но­му вра­гу ока­жи­те милость, если он голо­ден и уми­ра­ет. Забудь­те зло, кото­рое он вам при­чи­нил, и накор­ми­те, зная нуж­ды его. Но сыто­го демо­на, выпи­ва­ю­ще­го кровь у страж­ду­щих и испы­ты­ва­ю­щих пере­жи­ва­ние, отго­ни­те прочь, дабы зло­во­ни­ем его не заразиться.

Состра­дать вра­гу, запу­тав­ше­му­ся в тене­тах соб­ствен­но­го неве­же­ства, — луч­шее упраж­не­ние в состра­да­нии, но пота­ка­ние зло­му не мило­сер­дие. Состра­дать мож­но тому, в ком видишь искрен­нее жела­ние осво­бо­дить­ся от недостатка.

Не сле­ду­ет думать, что все­про­ще­ние и есть состра­да­ние. Спа­сти убий­цу и насиль­ни­ка — зна­чит лишить его спра­вед­ли­во­го воз­мез­дия. Но кар­ма все рас­пре­де­ля­ет по справедливости.

Мило­сер­дие не все­про­ще­ние и не пота­ка­ние при­ро­де все­доз­во­лен­но­сти. Мило­сер­дие дает чело­ве­ку еще один шанс для исправ­ле­ния его худ­ше­го качества.

Наду­ман­ные фра­зы о люб­ви и состра­да­нии вряд ли помо­гут понять эти чув­ства, пока чело­век не при­кос­нет­ся к их прак­ти­че­ской сто­роне. Лечить людей, уха­жи­вать за ране­ны­ми и забо­лев­ши­ми — все это и есть при­ло­же­ние сил люб­ви в действии.

Нуж­но думать о про­стом наро­де, о его нуж­дах и чая­ни­ях: ина­че нель­зя раз­вить и вырас­тить алмаз состра­да­ния. Не жела­ю­щий и не уме­ю­щий думать о дру­гих нико­гда не ста­нет про­свет­лен­ным. Пять духов­ных пла­мен нико­гда не оза­рят темя, соеди­нив небес­ное и зем­ное, и нико­гда огнен­ное тело не будет сопро­вож­дать зем­ное, если любовь к людям не проснется.

Най­ди­те тер­пе­ние выслу­шать чужую боль. Най­ди­те тер­пе­ние залить рану баль­за­мом сер­деч­ной энер­гии и спо­кой­стви­ем речи. Яви­те соуча­стие чужо­му стра­да­нию. Окры­ли­те искрой неча­ян­ной радо­сти. Каж­дая искра добра — это зер­но при­чи­ны, порож­да­ю­щей вели­кие след­ствия. Умей­те согреть и окры­лить серд­це ближ­не­го. В пони­ма­нии чужой беды най­ди­те источ­ник устра­не­ния сво­их невзгод и неурядиц.

Состра­да­тель­ный дух не ищет выгод. Он пре­вы­ше любой при­бы­ли обре­та­ет опыт, кото­ро­му нигде не научишь­ся, кро­ме уча­стия в бла­го­тво­ри­тель­но­сти. К сожа­ле­нию, это поня­тие в послед­нее вре­мя ста­ло мише­нью для насме­шек и сред­ством мошен­ни­че­ства для шар­ла­та­нов. Но от это­го оно не утра­ти­ло сво­ей зна­чи­мо­сти, а про­яв­ле­ния его не убавились.

Нуж­но научить­ся реаль­но помо­гать людям — без фор­маль­но­сти, без при­твор­ства и само­ре­кла­мы.  Необ­хо­ди­мо дея­тель­ное само­по­жерт­во­ва­ние. Подвиж­ни­ки в гор­ных пеще­рах молят­ся о бла­го­ден­ствии мира, ощу­щая холод и голод, но нико­гда не отка­жут­ся от избран­ной ими мис­сии помочь людям молит­вен­ным способом.

Про­сто состра­дай­те, не заду­мы­ва­ясь о том, пра­виль­но ли вы себя веде­те и что ска­жет обще­ство. Люби­те людей в их заблуж­де­ни­ях и оза­ре­ни­ях. Стре­ми­тесь к мило­сер­дию. И даже если вашу помощь отвер­га­ют, плод бла­гой кар­мы уже упал в ваше серд­це, ибо искренне было побуждение.

Рукой чело­ве­че­ской и ногой чело­ве­че­ской доб­ро тво­рит­ся. И луч­шая молит­ва — это труд и помощь людям угне­тен­ным и постра­дав­шим от нега­тив­ных обсто­я­тельств жиз­ни. Мно­же­ство волон­те­ров рабо­та­ет на местах ката­строф и зем­ле­тря­се­ний, устра­няя послед­ствия раз­ру­ше­ний и слу­жа людям в любой форме.

Осо­бен­но важен аспект отда­чи послед­не­го из того, что име­ешь. Такое дая­ние доро­го сто­ит. Не жалея давай­те, и не забо­тясь об обмане или лож­но­сти просьб о помощи.

Не забы­вай­те о сиро­тах и ста­рых людях и хотя бы в малой фор­ме, но сде­лай­те для обез­до­лен­ных теп­лый угол. Без прак­ти­ки мило­сер­дия вся жизнь ста­нет пустой бол­тов­ней, стра­да­ю­щей от несбы­точ­но­сти идей.

Если мысль состра­да­ния вос­пла­ме­ня­ет дух, зна­чит, мол­ния силы нашла отклик в глу­би­нах нашей Чаши и взвол­но­ва­ла слои накоп­ле­ний, кото­рые отве­ча­ют за сочув­ствие человечеству.

Состра­да­ние, как и сочув­ствие, долж­но быть дей­ствен­ным, при­во­дя­щим к помо­щи чело­ве­ку или живот­но­му. Готов­ность при­нять крик обез­до­лен­но­го серд­ца и явить состра­да­ние даже рас­топ­тан­но­му цвет­ку есть чув­ство, рож­да­ю­щее Бодхисаттв.

Если зов: «Помо­ги­те!» — про­зву­чал, нуж­но спе­шить без про­мед­ле­ния. Чья-то жизнь может зави­сеть от нашей поспешности.

Ока­зы­вай­те все­мер­ную помощь друг дру­гу и не отка­зы­вай­те ни в чем, если вас об этом про­сят. Хотя бы доб­рым сло­вом уте­ше­ния согрей­те каж­дую душу.

Не бой­тесь отяг­чить свою кар­му бес­ко­рыст­ной помо­щью кому-то из существ, опа­са­ясь рас­ши­ре­ния кар­ми­че­ских свя­зей. Мож­но впасть в такой страх перед жиз­нью, что един­ствен­ной пер­спек­ти­вой буду­ще­го будет оби­та­ли­ще лени и безразличия.

Само­от­вер­жен­ность и готов­ность прий­ти на помощь пусть и гро­зят лиш­ни­ми кар­ми­че­ски­ми свя­зя­ми, но зато состра­да­ние рас­ши­ря­ет гори­зон­ты при­ло­же­ния сер­деч­ной энер­гии. Мило­сер­дие и состра­да­ние куют кар­му бла­гую, кото­рая дает энер­гию высо­ко­го духов­но­го полета.

Ни одна мысль состра­да­ния не про­па­да­ет в ауре зем­но­го про­стран­ства. Вся­кая мысль, как вер­ный слу­га, воз­вра­ща­ет­ся к сво­е­му поро­ди­те­лю. Одна — с щед­ры­ми дара­ми, а дру­гая — и с ядо­ви­той зме­ей за пазу­хой. Надо сде­лать так, что­бы нам при­но­си­ли луч­шее из все­го, что мож­но пожелать.

Нель­зя под­де­лать состра­да­ние и соуча­стие чело­ве­че­ское. Каж­до­му отме­ря­ет­ся его мера по силе мило­сер­дия серд­ца. Уда­ча и каче­ство жиз­ни улуч­ша­ют­ся, если чело­век согла­сен впу­стить в себя вели­кий огонь сострадания.

Но очень важ­ны при­чи­ны мило­сер­дия и фак­то­ры побуж­да­ю­щие. Если чело­век хочет, что­бы о нем дума­ли лишь в аспек­те бла­га, и пото­му помо­га­ет людям, мера его награ­ды уже назна­че­на. Но если он искренне жела­ет помочь, несмот­ря на хва­лу и пору­га­ния, — это более воз­вы­шен­ная сте­пень добродетели.

Не успев сде­лать малень­кое доб­ро, люди спе­шат полу­чить награ­ду, сво­дя на нет бла­го­род­ный акт само­от­вер­жен­но­го серд­ца. Но сол­неч­ное теп­ло не ищет бла­го­дар­но­сти, так же как зем­ля, огонь, вода и воз­дух. Надо учить­ся бес­ко­ры­стию. Надо не про­сить, но самим давать, когда у нас про­сят. Мило­сер­дие сла­га­ет­ся из чистых иско­рок кро­хот­ных деяний.

Явля­ю­щий само­по­жерт­во­ва­ние уже не может стать преж­ним себя­люб­цем. Дух, уста­но­вив­ший власть боже­ствен­но­го состра­да­ния в сво­ей соб­ствен­ной все­лен­ной и уни­что­жив­ший низ­кие про­яв­ле­ния свои, уже не смо­жет при­нять кар­му, кото­рую сжег.

Самость утя­же­ля­ет серд­ца, а состра­да­ние облег­ча­ет. И когда чело­век отда­ет миру все, серд­це его ста­но­вит­ся лег­че пера пти­цы судь­бы. С таки­ми людь­ми ощу­ща­ешь осво­бож­де­ние от бре­ме­ни зем­ных тягот, а забо­ты ста­но­вят­ся не таки­ми боль­ши­ми, что­бы слу­жить пре­гра­дой на пути.

Если жела­ние помочь людям при­сут­ству­ет, оно най­дет, как исполь­зо­вать потен­ци­ал состра­да­ния. Даже про­дол­жи­тель­ность жиз­ни уве­ли­чи­ва­ет­ся у тех, кто ода­ри­ва­ет сво­ей душев­ной энер­ги­ей дру­гих людей. Но замкну­тый, недо­вер­чи­вый и подо­зри­тель­ный чело­век съе­да­ет сам себя.

Есть кате­го­рия существ, кото­рые посто­ян­но жалу­ют­ся, ста­ра­ясь обра­тить на себя вни­ма­ние Выс­ших Сил. Но сами они даже паль­цем не поше­вель­нут, что­бы помочь кому-то, хотя их речь пере­сы­па­на утвер­жде­ни­я­ми об общем бла­ге и о бла­го­род­ных целях. Но истин­ное состра­да­ние ано­ним­но и бескорыстно.

С истор­же­ни­ем слов каю­щий­ся пыта­ет­ся осво­бо­дить себя от энер­гии вины, выбра­сы­вая ее в про­стран­ство. И самый состра­да­ю­щий поне­сет эту боль, что­бы помочь сжечь ее в гор­ни­ле сво­е­го мило­серд­но­го сердца.

Каж­дая искра чужой боли, сго­ра­ю­щая в серд­це нашем, оста­ет­ся в нем золо­той пес­чин­кой ринг­сэ. Состра­дая, накап­ли­ва­ем в себе силу бла­го­да­ти. Не так про­сто стать печью пла­виль­ной для чужих горе­стей и скор­би. Но даже одоб­ря­ю­щий взгляд, бро­шен­ный на потух­шую ауру, сбра­сы­ва­ет с нее золу неис­то­щи­мой горечи.

У каж­до­го серд­ца есть рана. Пони­ма­ние чужой беды рас­ши­ря­ет созна­ние. Чело­век меня­ет­ся внут­ри, выбра­сы­вая искры состра­да­ния в про­стран­ство. Таким обра­зом доб­ро ста­но­вит­ся целеб­ным. Нет ниче­го важ­нее, чем уми­ро­тво­рить серд­ца поникшие.

От состра­да­ния рас­тут серд­ца чело­ве­че­ские. От состра­да­ния каж­дый из нас ста­но­вит­ся все боль­ше анге­лом, чем зве­рем. Толь­ко мило­сер­дие и состра­да­ние вос­пи­ты­ва­ют тер­пе­ние и муд­рость и откры­ва­ют путь к син­те­зу духа.

Жизнь опре­де­ля­ет­ся не толь­ко коли­че­ством про­жи­тых лет, но мыс­ля­ми и дела­ми, кото­ры­ми мы обо­га­ти­ли мир, а так­же тем доб­ром и состра­да­ни­ем, кото­рое мы суме­ли исторг­нуть из сво­е­го серд­ца, испол­няя зада­чу посред­ни­ков с Миром Любви.

Толь­ко тот, кто забыл о себе, душу покла­дая для того, что­бы род чело­ве­че­ский изме­нил себя, досто­ин вни­ма­ния Сил Выс­ших. И когда есть в серд­це избы­ток сил, нуж­но посы­лать бла­гость Учи­те­лю, что­бы Он нашел нашей искре состра­да­ния достой­ное при­ме­не­ние, вме­сте с обла­ком дру­гих мило­серд­ных мыс­лей напра­вив ее туда, где осо­бен­но нуж­да­ют­ся в успокоении.

Ино­гда посыл­кой обод­ря­ю­щей мыс­ли мож­но ото­гнать страх и вер­нуть душе страж­ду­щей уве­рен­ность. И тогда она сама най­дет необ­хо­ди­мый выход из, каза­лось бы, без­вы­ход­но­го положения.

Тай­на мило­сер­дия и состра­да­ния в том, что ткань люб­ви, скреп­ля­ю­щая миры, начи­на­ет виб­ри­ро­вать и спа­се­ние для страж­ду­щих может прий­ти неожи­дан­но, слов­но мате­ри­а­ли­зу­ясь из про­стран­ства. В кос­мо­се суще­ству­ет своя служ­ба спа­се­ния, рас­по­ла­га­ю­щая неви­дан­ны­ми сред­ства­ми и мето­да­ми справ­лять­ся с чрез­вы­чай­ны­ми ситуациями.

Док­три­на состра­да­ния поло­же­на в осно­ва­ние дея­тель­но­сти Бело­го Брат­ства. И вне ее ника­кие дви­же­ния в сто­ро­ну позна­ния муд­ро­сти не могут про­ис­хо­дить. Состра­да­ние и любовь — это та атмо­сфе­ра, кото­рой дышат уче­ни­ки Брат­ства и его Адепты.

Кос­ми­че­ская гар­мо­ния и вся Лест­ни­ца Иерар­хии постро­е­ны на состра­да­нии. Без этой силы, сцеп­ля­ю­щей миры, дав­но бы раз­ру­ши­лась вели­чай­шая строй­ность изу­ми­тель­но­го порядка.

Наше воз­вы­ше­ние в сто­ро­ну бла­го­род­ства вос­пи­ты­ва­ет­ся в огне состра­да­ния. Имен­но в све­те это­го каче­ства вырас­та­ет Архат в нашем серд­це. Дру­го­го пути нет.

Когда мера состра­да­ния к миру пре­вы­ша­ет жела­ние доволь­ство­вать­ся лич­ным бла­го­по­лу­чи­ем, тогда дает­ся сила осу­ществ­ле­ния внут­рен­них накоп­ле­ний. Вся мощь опы­та про­яв­ля­ет­ся, если хочешь помочь человечеству.

Если не дежур­ны­ми фра­за­ми отго­ва­ри­ва­ет­ся чело­век, но боль людей отзы­ва­ет­ся в его серд­це, то путь его опре­де­лен на мно­гие и мно­гие жиз­ни в буду­щем. Могут быть отвле­че­ния на какие-то иные цели, но еди­ной крас­ной нитью будет про­ни­за­но пред­на­зна­че­ние состра­дать и помо­гать дру­гим. И когда это будет испол­не­но все­ми, то и мир изме­нит­ся до неузнаваемости.