Человек сущий. Том первый стр. 86

Тер­мин «грех» исполь­зу­ет­ся как наиме­но­ва­ние всех наших нега­тив­ных качеств, кото­рые засло­ня­ют путь души к небу, солн­цу и звез­дам. Счи­тать гре­хом инстинкт невер­но. Им нуж­но управ­лять, под­чи­няя его вла­сти духа.

Гре­хов­но­стью назва­ны изли­ше­ства есте­ствен­ных про­яв­ле­ний. Но то, что мерой золо­той дано нам при­ро­дой, не может счи­тать­ся исча­ди­ем ада. Любое воз­дер­жа­ние накап­ли­ва­ет силы. Но дово­дить себя при помо­щи него до исто­ще­ния, безу­мия и самой смер­ти есть пре­ступ­ле­ние, не оправ­дан­ное ника­ки­ми идеями.

Куль­ти­ви­ро­ва­ние гре­хов­но­сти и пота­ка­ние чув­ствам вре­дят суще­ствам чело­ве­че­ским. Эта пау­ти­на ста­но­вит­ся тол­ще и креп­че, тогда как в нача­ле ее мож­но обо­рвать при­кос­но­ве­ни­ем пальца.

При­чи­на любо­го про­ступ­ка — в недо­ста­точ­ном осо­зна­нии его вре­да для души и тела. Если бы каж­дый мог пред­ста­вить послед­ствия сво­е­го отступ­ни­че­ства и то, с каким тру­дом при­дет­ся избав­лять­ся от него, зара­ба­ты­вая кар­му бла­гую, то вряд ли бы стал упор­ство­вать в сво­ей гре­хов­но­сти. Все мож­но изме­нить. Все мож­но испра­вить и вер­нуть­ся к сте­зе правды.

Порок, кото­рый начи­на­ет­ся как заба­ва и жела­ние испы­тать неве­до­мые чув­ства или остро­ту ощу­ще­ний, посте­пен­но захва­ты­ва­ет поло­же­ние гла­вен­ству­ю­щее и начи­на­ет дик­то­вать мане­ру пове­де­ния. И чем даль­ше чело­век откла­ды­ва­ет свое исправ­ле­ние, тем слож­нее ему выпу­тать­ся из сети неве­же­ства. Но путь к изле­че­нию все­гда сво­бо­ден, сто­ит толь­ко сде­лать пер­вый шаг.

Порок сжи­га­ет годы жиз­ни, накоп­ле­ния здо­ро­вья и пси­хи­че­ских сил. Но каж­дый из нас вла­стен сде­лать выбор. Каж­дый из нас волен пре­кра­тить без­об­ра­зие и явить пер­вые рост­ки чистоты.

Путь огнен­ный лежит через отсе­че­ния от себя порож­де­ний аст­раль­ных. Обра­зы иску­ше­ний пре­сле­ду­ют созна­ние с тех пор, как оно сту­пи­ло в плот­ном теле на твердь земную.

Вели­ко опья­не­ние пло­ти. Вели­ка жаж­да вновь и вновь вку­сить иску­ше­ния, пыта­ясь най­ти в них новый, еще нерас­по­знан­ный смысл. Обра­зы иску­ше­ний понуж­да­ют к дей­ствию сла­бую волю и настой­чи­во повто­ря­ют свой без­молв­ный при­каз, вплоть до гип­но­ти­че­ско­го вну­ше­ния. Физи­че­ское тело — веч­ный про­во­ка­тор и змей-искуситель.

Грех — убий­ца души. Но иску­ша­ю­щий дру­га сво­е­го или подру­гу поит их вином яда сла­до­стра­стия, кото­рое горе­чью обер­нет­ся. Не иску­шай­те нико­го — и сами не буде­те искушаемы.

Грех — толь­ко непра­виль­ное при­ме­не­ние Силы Божьей. Белое и чер­ное исте­ка­ют из одно­го и того же источника.

Грех все­гда гнез­дит­ся в лох­мо­тьях ста­рых при­вы­чек. Отго­лос­ки извра­щен­ной радо­сти зало­же­ны в осно­ву всех пороков.

Ни воз­дер­жа­ние, ни пост, ни мол­ча­ние, ни посто­ян­ное бор­мо­та­ние мантр не могут сдви­нуть чело­ве­че­ское созна­ние, дыша­щее испа­ре­ни­я­ми гре­ха. Смерт­ная тос­ка — удел греш­ни­ков, пыта­ю­щих­ся вырвать­ся из мерт­вой хват­ки тама­си­че­ской природы.

Гре­хи про­ис­те­ка­ют из неве­же­ства. На них мы нагляд­но учим­ся нача­лу истин­ной жиз­ни. Без глу­бо­ких стра­да­ний и рас­ка­я­ний, без срав­не­ний добра и зла невоз­мож­но понять ее реаль­ную ценность.

Когда-нибудь ста­нет понят­но, поче­му какой-то недо­ста­ток сопро­вож­дал чело­ве­ка всю его жизнь и зачем необ­хо­ди­мо было такое неже­ла­тель­ное сосед­ство. Обо­лоч­ка гре­ха может хра­нить от уни­что­же­ния зер­но буду­ще­го. Ино­гда пре­ступ­ле­ние при­во­дит к оза­ре­нию, когда чело­век, пере­стра­дав и пони­мая глу­би­ну сво­е­го паде­ния, осо­зна­ет свет в себе, вычи­стив свои отло­же­ния нега­тив­ной энергии.

Но и у гре­хов есть своя гра­да­ция. Смерт­ный грех чаще все­го не иску­па­ет­ся, и осо­бен­но пре­да­тель­ство и непо­слу­ша­ние Иерар­хии. Обо­зна­че­ние гре­хов как смерт­ных ука­зы­ва­ет на то, что если чело­век не смог изба­вить­ся от них, то это при­во­дит к смер­ти духа.

Как ржав­чи­на съе­да­ет желе­зо, так и наши поро­ки разъ­еда­ют душу. Душа тает, душа умень­ша­ет­ся без прак­ти­ки при­вле­че­ния благодати.

Не надо думать, что душа веч­на и неиз­мен­на. Это глу­бо­кое заблуж­де­ние тех, кто оправ­ды­ва­ет свои гре­хи, явные и тай­ные. Душа долж­на либо раз­ви­вать­ся в све­те и рас­ти, либо, раз­ру­ша­ясь, увле­кать за собой мона­ду, остав­шу­ю­ся без защи­ты. Тре­тье­го нет и не дано.

Зем­ные вле­че­ния выеда­ют сия­ние духа. Туск­лая душа не может све­тить­ся. От тем­но­ты дух, как ред­кост­ный цве­ток, может уме­реть. Смерть души — это уход из нее мона­ди­че­ско­го зерна.

Поро­ки под­та­чи­ва­ют душу неза­мет­но, исто­щая миг за мигом срок жиз­ни. Живу­щий поро­ка­ми и без­за­ко­ни­ем еще при жиз­ни дела­ет соб­ствен­ную жизнь про­зя­ба­ни­ем в нед­рах низ­ко­го астрала.

Угро­за здо­ро­вью — наши поро­ки. Они уно­сят с собой накоп­ле­ния Чаши, рас­пы­ляя сокро­ви­ща веков. Напря­же­ние гре­хов­ных сил при­во­дит к исто­ще­нию цен­тров, одер­жа­нию и его фор­ме — хро­ни­че­ским болезням.

Сла­дость гре­ха — это его смер­тель­ная ложь. Все горь­кие пилюли при­прав­ле­ны сла­до­стью майи.

Не надо стре­мить­ся исчер­пать до дна меру гре­хов наших. Луч­ше оста­но­вить эти напа­сти. Отде­ле­ние выс­ших прин­ци­пов про­ис­хо­дит незаметно.

Ура­ган гре­хов­ной мыс­ли может лег­ко сне­сти все доб­рые постро­е­ния жиз­ни. Как малая кру­пи­ца яда дела­ет отрав­лен­ным целый коло­дец, так и одно недо­стой­ное дей­ствие пора­жа­ет чер­во­то­чи­ной целый бла­го­уха­ю­щий сад, выра­щен­ный с неве­ро­ят­ным трудом.

Мно­гие дей­ствия про­во­ци­ру­ют­ся сгу­ще­ни­ем низ­ше­го аст­ра­ла. Голод­ные духи, как пияв­ки, при­са­сы­ва­ют­ся к аурам, пока не насы­тят­ся. Но, как пра­ви­ло, и они лишь пере­да­точ­ное зве­но к без­дон­но­му колод­цу гре­ха. Все, что про­ти­во­ре­чит при­ро­де здра­во­го смыс­ла, на самом деле, пре­ступ­но. Ведь убо­же­ство захва­ты­ва­ет в коль­ца сво­е­го вли­я­ния мно­же­ство и мно­же­ство сла­бей­ших душ, делая из них опу­стив­ши­е­ся обо­лоч­ки, поки­ну­тые огнен­ной эссен­ци­ей духа.

Гре­хов­ность и пота­ка­ние стра­стям рас­тво­ря­ют душу кап­ля за кап­лей, атом за ато­мом, слов­но вос­ко­вую фигу­ру, при­бли­жа­ю­щу­ю­ся к пла­ме­ни. Мож­но утра­тить все боже­ствен­ные каче­ства, сле­дуя зову кама-рупы. Нара­ба­ты­вая силу про­тив­ле­ния злу, посте­пен­но куем огнен­ную бро­ню защиты.

Дре­му­чее заблуж­де­ние — счи­тать каж­дый порок лич­ным делом. Энер­ге­ти­че­ское поле вли­я­ет на окру­же­ние и на все про­стран­ство, при­са­сы­ва­ясь к тре­щи­нам и сла­бым местам в ауре, мно­жа ряды одер­жи­мых. Но одна воля, осво­бо­див­ша­я­ся от вред­ной при­выч­ки, оздо­рав­ли­ва­ет близких.

Мяг­кие, но цеп­кие щупаль­ца майи так про­сто и лег­ко не отпус­ка­ют от себя ни одно созда­ние. Чув­ствен­ные мысле­об­ра­зы, про­рос­шие в созна­ние и плот­но оку­тав­шие даже про­стей­шие житей­ские вос­при­я­тия, созда­ют свет лож­ных пости­же­ний. Решив­ше­му оста­вить зем­ной уклад суще­ство­ва­ния пред­сто­ит насто­я­щее чув­ствен­ное и мен­таль­ное сра­же­ние за овла­де­ние новой духов­ной высотой.

Поро­ку нель­зя усту­пать. Но и посто­ян­ное упо­ми­на­ние о нем натал­ки­ва­ет на мысль о его вла­сти. Надо уметь при­зна­вать свои гре­хи, извле­кая их из тьмы под­со­зна­ния, и про­яв­лять лишь для того, что­бы сра­зить­ся с ними и уничтожить.

Не убе­гай­те от потря­се­ний. Не избе­гай­те нега­тив­ных ситу­а­ций. Может быть, таким обра­зом вы иску­па­е­те какой-то свой неви­ди­мый порок или недо­ста­ток, сидя­щий внут­ри вас, как ста­рая зано­за, кото­рую без боли нель­зя удалить.

Раз­би­рая чужие гре­хи, не забы­вай­те о сво­их. Чужие гре­хи — напо­ми­на­ние о соб­ствен­ных. И то, что мы под­ме­ча­ем в дру­гих и что боль­ше все­го воз­му­ща­ет нас в пове­де­нии людей, — это та самая болез­нен­ная чер­та наше­го харак­те­ра, о кото­рой мы не хотим думать и знать, а зна­чит, и избав­лять­ся от нее.

У каж­до­го хва­та­ет сво­их гре­хов. Поэто­му не выис­ки­вай­те их у дру­гих. Вспом­ни­те соб­ствен­ные муче­ния и поиск вер­но­го пути и отне­си­тесь к дру­гим детям зем­ли снисходительно.

Толь­ко без­греш­ный и пони­ма­ю­щий сущ­ность гре­ха спо­со­бен к неосуж­де­нию. Фари­сеи и книж­ни­ки, ука­зы­ва­ю­щие на грех и нечи­сто­ту, и есть самые худ­шие греш­ни­ки, ибо подоб­ное тянет­ся к подобному.

Какой бы бур­ной и гре­хов­ной ни была жизнь, нам не избе­жать изме­не­ний и осво­бож­де­ний от сво­их неже­ла­тель­ных при­вы­чек. Очи­ще­ние явля­ет­ся зада­чей чело­ве­че­ства. Очи­ще­ние в раз­ных фор­мах соот­вет­ству­ет общим усло­ви­ям жиз­ни, без кото­рых не может быть ее продолжения.

У всех вре­мя исчер­па­ния нека­че­ствен­но­стей при­хо­дит. Но пло­хо, если это ста­рость или физи­че­ское исто­ще­ние, при кото­рых сохра­ня­ют­ся семе­на про­шлых вожделений.

Гре­хов­ность тоже шко­ла. Тяж­ко под­ни­мать­ся в гору по тро­пе, состо­я­щей из ост­рых или шата­ю­щих­ся кам­ней. Это и опас­но, и невы­но­си­мо напря­жен­но. Но все же шаг за шагом чело­век под­ни­ма­ет­ся выше, рас­ши­ряя свой гори­зонт пред­став­ле­ний. Но боло­то гре­хов­но­сти так обман­чи­во. Спус­ка­ешь­ся вниз на зеле­ный лужок — и вдруг про­ва­ли­ва­ешь­ся по пояс, а то и ниже, в гряз­ную жижу, отку­да выбрать­ся не так лег­ко. Но, хва­та­ясь за скольз­кие кор­ни дере­вьев, за обрыв­ки сухой тра­вы, про­явив все чуде­са наход­чи­во­сти и жела­ния выжить, выби­ра­ешь­ся из это­го опас­но­го места.

Собы­тия и явле­ния вытас­ки­ва­ют нару­жу, из глу­би­ны небы­тия, скры­тые наши поро­ки, что­бы, уви­дев ехид­ну зави­сти, гне­ва, оби­ды или вожде­ле­ний, мы мог­ли бы спра­вить­ся с ними. Нуж­но не уни­что­жать порок, а исполь­зо­вать все луч­шие его каче­ства, как бы это стран­но ни зву­ча­ло, для того что­бы при­ме­нить замут­нен­ную энер­гию на поль­зу. Взби­тая весен­ним тая­ни­ем сне­га вода еще более энер­гич­но вра­ща­ет тур­би­ны электростанции.

Не оттор­же­ни­ем, но изме­не­ни­ем в наи­выс­шую сто­ро­ну меня­ют­ся гре­хи наши, пре­вра­ща­ясь в досто­ин­ства духа.

Сама плоть гре­хов­на по той при­чине, что под­чи­не­на инстинк­тив­ным импуль­сам. Но имен­но они несут в себе через очи­ще­ние и осо­зна­ние энер­гию твор­че­ства, пре­об­ра­жа­ю­щую жизнь.

Грех вытес­ня­ет­ся вол­на­ми огня и при­об­ре­та­ет каче­ство устой­чи­вой доб­ро­де­те­ли, ибо в самом гре­хе напря­же­ние сил явля­ет­ся столь же мощ­ным и напря­жен­ным, как и в свя­то­сти. Пере­го­род­ка очень тонка.

Порок может являть собой скор­лу­пу для зер­на поль­зы до наступ­ле­ния момен­та пре­об­ра­же­ния. Как некая кап­су­ла для про­ра­щи­ва­ния зер­на, до вре­ме­ни закры­ва­ет­ся чело­век раз­ны­ми спо­со­ба­ми от внеш­них вли­я­ний, кото­рые идут враз­рез с его представлениями.

В каж­дом гре­хе при­сут­ству­ет часть бла­га. В любом поро­ке сокры­та доб­ро­де­тель. Каж­дый нега­тив­ный момент име­ет и поло­жи­тель­ный аспект жиз­нен­но­го опы­та, если общая энер­гия устрем­ле­ния чиста и благородна.

Изу­че­ние при­ро­ды гре­ха помо­жет понять его кор­ни. Но поучи­тель­но иссле­до­вать жизнь вели­ких свя­тых и подвиж­ни­ков, сумев­ших вый­ти из-под вла­сти самых неве­же­ствен­ных пере­жит­ков чело­ве­че­ско­го харак­те­ра. Избав­ля­ясь от про­яв­ле­ний гру­бой мате­ри­аль­но­сти, они учи­лись управ­лять чув­ствен­ны­ми сила­ми, впря­гая их в высо­кий духов­ный труд, посте­пен­но пре­вра­щая необуз­дан­ность и хао­тич­ность чувств в стро­гое под­чи­не­ние сер­деч­ной воле. Даже худ­ший недо­ста­ток они уме­ли исполь­зо­вать на бла­го мира. Даже в худ­шем недо­стат­ке нахо­ди­ли луч­шее при­ме­не­ние той силе, в фоку­се кото­рой живет зер­но невер­но­го вос­при­я­тия жизни.

Конеч­но, грех — рефлекс мате­рии. Нель­зя прой­ти по доро­ге и не запы­лить­ся. Но све­то­чи духа сво­им при­ме­ром ука­зы­ва­ли на то, что и здесь, во мра­ке тама­са, мож­но сиять огнем свя­то­сти и духов­но­го подвижничества.

Грех не усло­вие жиз­ни, но спо­соб напря­же­ния энер­гий в ста­нов­ле­нии пра­вед­ни­ка. Когда кри­ти­че­ская мас­са пони­ма­ния начи­на­ет пре­об­ла­дать, иску­ше­ния и соблаз­ны отсту­па­ют сами собой.

Удру­чен­ные жиз­нью люди назва­ли смерт­ную тос­ку депрес­си­ей, что­бы не было стыд­но перед сами­ми собой за это чув­ство, не соот­вет­ству­ю­щее ста­ту­су человека.

Депрес­сия насту­па­ет от созна­ния бес­смыс­лен­но­сти зем­но­го суще­ство­ва­ния. Быт, не достиг­ший сте­пе­ни Бытия, тяго­те­ет над духом до такой сте­пе­ни, что дела­ет почти неслыш­ным тон­чай­ший внут­рен­ний голос, без кото­ро­го засы­ха­ет дре­во чело­ве­че­ской жиз­ни. И веч­ный вопрос: «Зачем все это?» — пре­вра­ща­ет­ся в острое ору­дие муче­ний души. Пыт­ка без­на­деж­но­стью может про­дол­жать­ся до сума­сше­ствия. Она длит­ся до тех пор, пока смут­ная меч­та о Выс­шем Мире не даст серд­цу гло­ток све­же­го воз­ду­ха свободы.

Депрес­сия — одна из уло­вок тьмы. Гаси­те­ли твор­че­ско­го огня ста­ра­ют­ся при­ни­зить цен­ность каж­дой боже­ствен­ной искры, явлен­ной в человеке.

Как все нерв­ные рас­строй­ства, депрес­сия изле­чи­ва­ет­ся физи­че­ским уси­ли­ем, кото­рое при­вле­ка­ет огонь про­стран­ства таким при­ми­тив­ным спо­со­бом. Через сле­зы, пот и кровь выхо­дят тяж­кие эле­мен­ты кармы.

Что­бы выбрать­ся из боло­та, нуж­но барах­тать­ся. Что­бы под­ни­мать­ся вверх, нуж­но пере­би­рать нога­ми. Но толь­ко не слу­шать оправ­да­ния ума по пово­ду слу­чив­шей­ся затяж­ной депрес­сии. Не отста­вая от жиз­ни, нуж­но идти.

Печаль и депрес­сия пора­жа­ют печень. И это угне­та­ю­щее состо­я­ние рас­се­и­ва­ет­ся зву­ка­ми музы­ки. Как коло­коль­чик уни­что­жа­ет бацил­лы болез­ни сво­им пере­лив­ча­тым зву­ча­ни­ем, так и сти­хо­твор­ные тек­сты воз­дей­ству­ют поло­жи­тель­но на людей, пре­бы­ва­ю­щих в угне­тен­ном состоянии.

Чистая радость, как смех ребен­ка, исце­ля­ет болез­ни. Ско­ро будут лечить дет­ским сме­хом депрес­сию и болез­ни печени.