Человек сущий. Том третий стр. 111

Есть такие люди, кото­рые зем­ную жизнь пред­став­ля­ют един­ствен­ным фак­том. Они не хотят помыс­лить, что жизнь длит­ся даль­ше, за пре­де­лы мате­ри­аль­ных пред­став­ле­ний. Поэто­му они выгля­дят ина­че и в них при­сут­ству­ет та куцая огра­ни­чен­ность, кото­рая дела­ет их жизнь совер­шен­но пустой и ник­чем­ной. Осо­бен­но страш­но им оста­вать­ся наедине с собой. Таким дья­воль­ским ате­из­мом они избе­га­ют, как они дума­ют, ответ­ствен­но­сти за свое пове­де­ние и ту анар­хию, кото­рую допус­ка­ют. Дух не может ниче­го ска­зать и помочь чело­ве­ку, если не верят в его существование.

Тон­кий Мир пред­став­ля­ет собой пол­ную загад­ку для совре­мен­но­го чело­ве­че­ства в силу его неве­рия и утвер­див­шей­ся мате­ри­аль­ной при­ро­ды. Сны счи­та­ют­ся след­стви­ем уви­ден­но­го на зем­ле, а пред­чув­ствия — слу­чай­ным сов­па­де­ни­ем обсто­я­тельств. Не хотят люди при­зна­вать то, что во все наши дей­ствия вме­ши­ва­ет­ся выс­шая воля или рука судь­бы. И еще ярост­нее они про­те­сту­ют, если ска­зать, что пер­вое и послед­нее явля­ет собой их соб­ствен­ные порож­де­ния и что они сами ответ­ствен­ны за свои дей­ствия и свои жиз­ни. При­вык­ший жить без мыс­лен­ных задач и пла­нов на зав­траш­ний день, род чело­ве­че­ский будет искренне воз­му­щен, что кто-то пося­га­ет на его сво­бо­ду, даже если выс­шая воля — его соб­ствен­ная. За грань ума никто не жела­ет загля­нуть. А имен­но там — мастер­ская нашей кар­мы. Имен­но там наш соб­ствен­ный Гефест кует доспех буду­ще­го. И искры от его уда­ра пре­вра­ща­ют­ся в мыс­ли вдох­но­вен­ные, кото­рые, как дето­на­тор, застав­ля­ют энер­гию осу­ществ­ле­ния взры­вать­ся и дей­ство­вать подоб­но паро­вой машине.

Пере­тя­ги­ва­ние энер­гий, или вер­вия суще­ство­ва­ния, в сто­ро­ну мате­ри­аль­но­сти застав­ля­ет забыть все боже­ствен­ные зако­ны и саму идею при­о­ри­те­та небес­но­го над зем­ным. Мате­рия настоль­ко отрав­ля­ет созна­ние бес­па­мят­ством, поя душу напит­ком забве­ния, что чело­век вполне оста­ет­ся удо­вле­тво­рен­ным поло­же­ни­ем ате­и­ста, где мож­но тво­рить мир по сво­е­му усмот­ре­нию. Но это лишь низ­ший полюс вели­ко­го Мира Исти­ны. Ате­изм необ­хо­дим для того, что­бы осо­знать воз­дей­ствие соб­ствен­ных сил на судь­бу. Но одно­вре­мен­но с этим, как это сде­лал буд­дизм, дух дол­жен ука­зать на при­сут­ствие выс­ше­го смыс­ла и все­на­чаль­ной энер­гии в самой жизни.

Мета­ние меж­ду иде­аль­ной и мате­ри­аль­ной кон­цеп­ци­я­ми — пустая тра­та вре­ме­ни. Нужен син­те­ти­че­ский под­ход, как это сде­ла­но в буд­диз­ме. Буд­дий­ский ате­изм и мате­ри­а­лизм под­ра­зу­ме­ва­ет суще­ство­ва­ние Выс­ших Миров и Выс­ших Сущ­но­стей как пер­со­ни­фи­ка­ций, или оли­це­тво­ре­ний, кос­ми­че­ских сил. Все мате­ри­аль­но, но есть виды такой тон­кой мате­рии, из кото­рой состо­ит мысль. Она зри­ма, она уло­ви­ма, она воз­дей­ству­ет, вон­за­ясь в наше созна­ние. Реак­ция миро­тво­ре­ния не пре­кра­ща­ет­ся ни на секун­ду. Вих­ри рож­де­ний и смер­тей непре­стан­но воз­буж­да­ют пространство.

Даже в самый при­выч­ный оби­ход вры­ва­ет­ся вол­на фено­ме­нов. И как оце­нить явле­ние их? Как объ­яс­нить при­сут­ствие неви­ди­мых форм созна­ния даже в город­ской квар­ти­ре? Мате­ри­а­лист все изло­жит в клю­че гру­бых поня­тий, совер­шая мани­пу­ля­ции фор­му­ла­ми. Но его мысль не смо­жет под­нять­ся выше чер­ты, где начи­на­ет­ся Тон­кий Мир. Он сам себя огра­ни­чил. Он сам себя при­го­во­рил к суще­ство­ва­нию в мире оче­вид­но­сти. Но перед вды­ха­ю­щим запах кос­ми­че­ский откры­та вся бес­пре­дель­ность в мик­ро- и макромире.

Слу­чай­ность суще­ству­ет для мате­ри­а­ли­ста, кото­рый все вокруг себя счи­та­ет мерт­вым обра­зо­ва­ни­ем, лишен­ным жиз­ни и разу­ма. Не веру­ю­щий в цепь при­чин и след­ствий счи­та­ет себя цен­тром миро­зда­ния, раз­ду­вая соб­ствен­ное само­мне­ние. Но, низ­во­дя свет серд­ца до уров­ня меха­ни­че­ско­го мото­ра, пере­ка­чи­ва­ю­ще­го кровь, он и жизнь соб­ствен­ную опу­стил в коло­дец неве­рия. Но отту­да он не заме­тит звезд на небе и жар сол­неч­но­го серд­ца при­мет за обыч­ную жаров­ню кос­ми­че­ско­го уровня.

Неко­то­рые люди несут в себе накоп­ле­ние злой энер­гии, несмот­ря на внеш­нюю респек­та­бель­ность, и даже лоск. Они нако­пи­ли такой багаж стра­ха, что люди пуга­ют­ся при при­бли­же­нии к ним. И от них веет смер­тью. Они ста­но­вят­ся при­вер­жен­ца­ми тем­ных куль­тов, несмот­ря на цер­ков­ные долж­но­сти и рега­лии. В церк­ви вооб­ще боль­шое коли­че­ство без­бож­ни­ков, пото­му что при­выч­ное отно­ше­ние и окру­же­ние боже­ствен­ны­ми арте­фак­та­ми выхо­ла­щи­ва­ют необыч­ность вос­при­я­тия хра­ма божье­го. Для мно­гих это про­сто рабо­чее место, а риза — спец­одеж­да для ритуала.

Без­бо­жие разъ­еда­ет осно­вы пове­де­ния чело­ве­ка. Без­бо­жие застав­ля­ет совер­шать пре­ступ­ле­ния и обра­зу­ет пусто­ту вме­сто серд­ца. С этою ужа­са­ю­щею чер­ною дырой оста­ет­ся невер в кон­це жиз­ни. Веру­ю­щий во тьму после смер­ти ее и полу­ча­ет. Самый боль­шой про­цент без­бож­ни­ков — сре­ди слу­жи­те­лей куль­та. Пара­док­саль­но и при­скорб­но, но очевидно.

Ожи­да­ние кон­ца све­та как вре­ме­ни авто­ма­ти­че­ско­го пере­хо­да на дру­гой план бытия гре­шит таким же ижди­вен­че­ством духов­ным, кото­рым отли­ча­ют­ся мно­гие после­до­ва­те­ли миро­вых рели­ги­оз­ных тра­ди­ций. Удоб­ная фор­ма почи­та­ния Бога как мило­серд­но­го и все­про­ща­ю­ще­го суще­ства, гото­во­го взять на себя любой грех чело­ве­че­ства, мыс­ли­мый и немыс­ли­мый, есть самая гнус­ная фор­ма без­бо­жия. Не Гос­подь Все­дер­жи­тель пред­ста­ет перед нами, но сосуд для ути­ли­за­ции гре­хов чело­ве­че­ских. Самое страш­ное в такой фило­со­фии — что мож­но откро­вен­но гре­шить, не опа­са­ясь не быть про­щен­ны­ми. Такое извра­ще­ние Эти­ки Вели­ких Учи­те­лей отра­жа­ет изощ­рен­ное лукав­ство детей Кали-Юги. Релик­ты неве­же­ства про­шло­го, как сор­ные тра­вы, дол­го еще будут появ­лять­ся на полях ново­го вре­ме­ни сре­ди всхо­дов шестой расы.

Люди ищут люб­ви, начи­ная с мате­рин­ской, потом супру­же­ской и, нако­нец, люб­ви Учи­те­ля к сво­им уче­ни­кам. Дости­гая опре­де­лен­но­го жиз­нен­но­го опы­та, созна­ние чело­ве­ка начи­на­ет искать связь с Выс­шим Миром либо лич­но, обре­тая дол­гую прак­ти­ку обще­ния, начи­ная с роб­ких попы­ток, или же через посред­ни­че­ство кого-то из избран­ных уче­ни­ков, про­хо­дя­щих путь испы­та­ний сре­ди людей. Обще­ство тре­бу­ет при­сут­ствия духов­ных людей в их сре­де вза­мен сель­ских батю­шек, явля­е­мых как самые ярые ате­и­сты. Но духов­ный авто­ри­тет, подоб­ный тому, кото­рый испо­кон при­сут­ству­ет на Восто­ке, в усло­ви­ях неве­рия может стать не то что ненуж­ным, но про­сто смеш­ным. Обще­ство, утра­тив­шее духов­ную силу семей­ных отно­ше­ний и кото­рое забы­ло, как мож­но и нуж­но молить­ся, вряд ли оце­нит пра­виль­но такие стран­ные для их пони­ма­ния пере­ме­ны. Люди, рас­пло­див­шие раз­врат и пьян­ство и отучив­шие сла­бые созна­ния отве­чать за свои соб­ствен­ные поступ­ки, сами того не ведая, ста­ли слу­жи­те­ля­ми тене­вой сто­ро­ны. Под­во­дя паст­ву к без­от­вет­ствен­но­сти, отцы церк­ви дав­но уже зара­бо­та­ли себе ранг в дья­воль­ской иерар­хии, ибо яро отвра­ща­ют от Бога при­ме­ром сво­им. Как удер­жать рав­но­ве­сие мира, если те, кто при­зван к это­му, явля­ют разложение?

Всех успо­ка­и­ва­ет мысль о том, что, кро­ме оче­вид­но­сти, нет ниче­го, в том чис­ле Бога и дья­во­ла. Такой сата­нин­ский ате­изм на руку тьме. Зачем бороть­ся с тем, чего нет? Зачем питать созна­ние напрас­ны­ми фан­та­зи­я­ми, если нам не явля­ют­ся Сущ­но­сти Све­та, оста­ва­ясь за чер­тою незри­мо­сти наравне с беса­ми и духа­ми сти­хий? Так дума­ют те, в ком уко­ре­ни­лась пси­хо­ло­гия кам­ня, пре­бы­ва­ю­ще­го в непо­движ­но­сти дол­гие мил­ли­ар­ды лет. И чем утон­чен­нее созна­ние, тем боль­ше оно видит в Плане Тон­ком, если толь­ко не зара­же­но лож­ны­ми пред­став­ле­ни­я­ми соб­ствен­ной избранности.

Неве­рие — луч­ший спо­соб отвлечь вни­ма­ние от мира, в кото­ром мы обре­че­ны суще­ство­вать. Не при­зна­вать мел­ких бесов и убеж­дать, что их не суще­ству­ет, — хит­рая улов­ка тьмы. Конеч­но, суще­ству­ет боже­ствен­ный ате­изм, кото­рый счи­та­ет, что опре­де­лен­ные силы пра­вят миром. Но есть ате­изм дья­воль­ский, при­зы­ва­ю­щий к про­из­во­лу низ­шей воли тво­рить зло и уста­нав­ли­вать свой поря­док в мире. Боже­ствен­ный ате­изм при­зы­ва­ет к состра­да­нию, тогда как дья­воль­ский — к наси­лию и захва­ту вла­сти ценой неоправ­дан­ных жертв.

Где нет чело­ве­ка, там нет и Бога. Живот­ный мир не осо­зна­ет суще­ство­ва­ния Выс­ших. Точ­но так же всех ате­и­стов, вер­нее зако­ре­не­лых без­бож­ни­ков, мож­но отне­сти к суще­ствам, близ­ким к живот­но­му миру. Но и там пас­тух счи­та­ет­ся хра­ни­те­лем ста­да и свое­об­раз­ным пра­ви­те­лем-царем. Боже­ствен­ный ате­изм, или буд­дизм, очи­щен­ный от маги­че­ских при­е­мов и кол­дов­ства, — это дру­гая сте­пень отри­ца­ния Бога. Здесь счи­та­ет­ся, как и в инду­из­ме, что Выс­шие Суще­ства — это люди, достиг­шие силой сво­е­го духов­но­го подви­га и при­но­ше­ни­я­ми чело­ве­че­ству сте­пе­ни существ выс­ше­го пла­на. Буд­дизм свя­то верит в то, что види­мые и неви­ди­мые миры оби­та­е­мы, вплоть до горя­чих звезд и солнц, и что имен­но там нахо­дят­ся пла­мен­ные созда­ния, име­ю­щие спо­соб­ность улав­ли­вать мыс­ли людей и при­хо­дить им на помощь.

Рас­ска­зы о виде­нии небес­ных горо­дов, живот­ных и целых разыг­рав­ших­ся битв на небе­сах не нуж­но вос­при­ни­мать как зна­ки Майи, но как фак­ты суще­ство­ва­ния Тон­ко­го Мира. Для самых ярых неве­ров такие собы­тия ста­но­вят­ся пово­рот­ным рыча­гом рас­ши­ре­ния созна­ния. Виде­ние Тон­ко­го Мира про­ис­хо­дит и при силь­ных зем­ле­тря­се­ни­ях, когда рез­кий раз­рыв сфер созда­ет тре­щи­ну меж­ду мира­ми. Таких фак­тов накоп­ле­но доста­точ­ное коли­че­ство. И все они направ­ле­ны на то, что­бы убе­дить мате­ри­а­ли­стов испра­вить посту­ла­ты сво­е­го созна­ния. Нуж­но не отма­хи­вать­ся от них, но заме­чать подоб­ные зна­ки. Пре­зре­ние или наро­чи­тое пре­уве­ли­че­ние по пово­ду небес­ных зна­ме­ний лишь меша­ет их иссле­до­вать. Нуж­но про­сто наблю­дать их, соби­рая в копил­ку соб­ствен­но­го опыта.

Заме­шан­ное на суе­ве­рии зна­ние все­гда будет иметь дур­ной запах стра­ха. Но нуж­но не пугать­ся, но изу­чать саму суть этих явле­ний, раз­ве­и­вая лож­ный мисти­цизм и нару­шая скаль­ную незыб­ле­мость осно­вы мате­ри­а­лиз­ма. На самом деле, утвер­жде­ние о бес­ко­неч­но тон­ких и све­то­вых явле­ни­ях тоже мате­ри­а­лизм, но про­све­щен­ный и утон­чен­ный, ибо в нем уже смы­ка­ют­ся миры духа и мате­рии. Чем шире мы вос­при­ни­ма­ем зна­че­ние зем­но­го мира как отра­же­ния небес­ных миров, тем более вни­ма­тель­ным и пыт­ли­вым будет наш взгляд, зажжен­ный инте­ре­сом и любо­вью к жиз­ни плот­ной. Нель­зя пре­не­бре­гать ее пре­иму­ще­ством и счи­тать зем­ное суще­ство­ва­ние уде­лом гре­ха. Во всем при­сут­ству­ет вели­кая сила гар­мо­нии и целесообразности.

Лег­ко счи­тать лже­цом каж­до­го духов­но­го подвиж­ни­ка, пото­му что труд­но про­ве­рить раци­о­наль­ным спо­со­бом дей­ствие молитв и виде­ний, сопро­вож­да­ю­щих созна­ние в тече­ние бес­ко­неч­но­го тру­да души. Они либо предот­вра­ща­ют что-то, либо утвер­жда­ют дух на пути веч­ных пости­же­ний. В любом слу­чае, виде­ния лишь побоч­ное, а не основ­ное сред­ство убеж­де­ния подвиж­ни­ка. Для внут­рен­не­го мира чело­ве­ка все реаль­но, даже то, что при­зна­ет­ся мани­а­каль­ным пси­хо­зом или навяз­чи­вым состо­я­ни­ем все­ле­ния чужой души в сво­бод­ную обо­лоч­ку. Врач, преж­де чем возь­мет­ся помо­гать, дол­жен пове­рить тому, что гово­рит боль­ной, и лишь потом опре­де­лять, симу­ли­ру­ет он или дей­стви­тель­но страдает.

Тра­ге­дия без­бо­жия не остав­ля­ет чело­ве­че­ство. В като­ли­че­ских стра­нах верят боль­ше в кол­дов­ство и бесов­щи­ну, чем в боже­ствен­ное при­сут­ствие на зем­ле. В чем-то люди, утвер­жда­ю­щие это, пра­вы, ибо порыв неве­же­ствен­ной и разъ­ярен­ной тол­пы отбра­сы­ва­ет огнен­ных существ дале­ко прочь, тогда как тем­ные сущ­но­сти нахо­дят здесь себе пищу.

Тех­ни­че­ская рево­лю­ция улуч­ши­ла бла­го­со­сто­я­ние людей и уве­ли­чи­ла про­дол­жи­тель­ность жиз­ни. Тяже­лый труд заме­ни­ли маши­ны. Каче­ство буд­ней ста­ло более совер­шен­ным. Но, одно­вре­мен­но с этим, осво­бо­див­ша­я­ся энер­гия при­влек­ла в мир раз­ви­тие инду­стрии раз­вле­че­ния. Тако­вы­ми ста­ли вос­при­ни­мать­ся и хра­мы, наравне с игор­ны­ми дома­ми и ноч­ны­ми клу­ба­ми. Людь­ми овла­де­ла ску­ка, изли­ва­е­мая в ту фор­му без­бо­жия, какую толь­ко мог­ло про­дик­то­вать обще­ство, сво­бод­ное от любых усилий.

Тен­ден­ция боль­шин­ства чело­ве­че­ства к раз­вле­че­ни­ям явля­ет собой отра­же­ние общей без­ду­хов­но­сти и без­бож­но­го ате­из­ма. Жела­ние полу­чить все сра­зу и сей­час дви­га­ет людей на оттор­же­ние себя от Иерар­хи­че­ских Начал.

Но в отры­ве от Мира Иде­аль­но­го ничто не может про­ис­хо­дить. Если апо­ло­ге­ты тео­рии о мате­ри­аль­но­сти мира опи­ра­ют­ся лишь на физи­че­ский фено­мен про­ис­хож­де­ния все­лен­ной, не тер­пя даже наме­ка на боже­ствен­ное нача­ло, они тем самым под­чер­ки­ва­ют свою при­над­леж­ность к тене­во­му нача­лу, созда­вая аппа­рат подав­ле­ния вся­кой мыс­ли о Боже­ствен­ном Про­мыс­ли­те­ле. Вся­кое убеж­де­ние чело­ве­че­ства в том, что мы лишь гли­на зем­ная, есть поло­ви­на исти­ны и фак­тор оттор­же­ния от Иерар­хи­че­ско­го Нача­ла. Если иде­а­ли­сты при­зна­ют Духов­ный Мир как поле сво­е­го вли­я­ния, то мате­ри­а­ли­сты все отри­ца­ют на кор­ню, если это каса­ет­ся небес­но­го сле­да. Из него они при­зна­ют толь­ко явле­ние звезд­ных скоп­ле­ний, их лучей и токов, что само по себе при­бли­жа­ет гра­ни­цу непо­знан­но­го к чер­те Тон­ко­го Мира.

Когда мощь пуль­са­ций духа через серд­це дости­га­ет каж­дой кле­точ­ки тела и созна­ния, то начи­на­ешь пони­мать при­о­ри­тет жиз­нен­ных основ. И нет спо­ра, устро­ен­но­го иде­а­ли­ста­ми и мате­ри­а­ли­ста­ми, при­вер­жен­цы тео­рий кото­рых исклю­ча­ют одну из кате­го­рий мира и лиша­ют ее пра­ва на суще­ство­ва­ние, хотя пра­виль­нее было бы объ­еди­нить их для более пол­но­го вос­при­я­тия мира.

Борь­ба мате­ри­а­лиз­ма и иде­а­лиз­ма — это лишь улов­ка для отво­да глаз от насто­я­щих науч­ных про­блем. Это при­вер­жен­цы тьмы тор­мо­зят про­цесс осо­зна­ния чело­ве­ком новых под­хо­дов к зна­ни­ям мира, кото­рые, стре­ми­тель­но меня­ясь, тре­бу­ют новой фор­ма­ции созна­ния и духов­но­сти ума.

Выход в Тон­кий Мир и его иссле­до­ва­ние могут так рас­ши­рить созна­ние уче­ных, что откро­ет­ся мно­гое из того, что счи­та­ет­ся запрет­ным для мате­ри­а­ли­стов. Но спор заклю­ча­ет­ся лишь в том, что пер­вич­но: дух или мате­рия, — а не в том, дока­за­но ли суще­ство­ва­ние духов­ных про­яв­ле­ний. Конеч­но, ярые мате­ри­а­ли­сты не при­зна­ют уча­стия Выс­ших Сил в созда­нии кос­мо­са и само­го чело­ве­ка. Они счи­та­ют, что сама при­ро­да как соче­та­ние аморф­ных и бес­со­зна­тель­ных сил тво­рит звез­ды, пла­не­ты и живых существ по сво­им зако­нам, неиз­вест­но кем уста­нов­лен­ным. Но строй­ность и кра­со­та тво­ре­ний гово­рят совер­шен­но об ином. Без Замыс­ла Боже­ствен­но­го нель­зя создать не то что чело­ве­ка — даже обыч­ную кос­ми­че­скую пылинку.

Когда мате­рия пре­вра­ща­ет­ся в дух, созна­ние пере­но­сит­ся без остат­ка в сфе­ру высо­ко­го оби­та­ния. Но как мож­но жить, не имея тела? Мно­гих стра­шит такое поло­же­ние вещей, ибо инер­ция мате­рии так вели­ка и, кажет­ся, теря­ет­ся само осно­ва­ние мира, когда тело гру­бое остав­ля­ет­ся духом. Но осно­ва мира, как и зер­но, хра­нит свои энер­гии и потен­ции в высо­чай­шей фор­ме искр фоха­та. Спо­ры жиз­ни так лету­чи и неуло­ви­мы, но они во всем пре­бы­ва­ют. Мы зна­ем о разу­ме кам­ней и рас­те­ний. Но новей­шая мысль утвер­жда­ет, что каж­дый атом явлен как носи­тель разум­но­сти. И раз­ве мож­но поспо­рить с этим? Лишь мрач­ное созна­ние будет утвер­ждать, что зем­ной мир — это огром­ное клад­би­ще. Мы же гово­рим, что все напол­не­но и пере­пол­не­но жизнью.

Скеп­ти­ки не хотят верить во все необыч­ное не пото­му, что они пре­да­ны идее спра­вед­ли­во­сти, но лишь по при­чине отсут­ствия вме­ще­ния само­го чуда. Они не име­ют вооб­ра­же­ния, кото­рое само по себе есть след­ствие накоп­лен­ной необыч­но­сти. Не имея это­го каче­ства, труд­но себе пред­ста­вить что-либо суще­ству­ю­щее поми­мо обихода.

Но без духов­ной свя­зи с Хра­ни­те­ля­ми наши жиз­ни ниче­го бы не сто­и­ли или были бы пусты и убо­ги, как у тех, кто явля­ет­ся самы­ми яры­ми ате­и­ста­ми. Таким людям мож­но толь­ко искренне посо­чув­ство­вать в их уко­ре­нив­шем­ся заблуж­де­нии. Без лучей солн­ца ни одна тра­вин­ка не вырас­тет. А без­бож­ни­ки пыта­ют­ся утвер­дить свой мир на песоч­ном осно­ва­нии, ста­но­вясь про­вод­ни­ка­ми Майи.

Мно­гие стра­шат­ся даже думать о погру­же­нии в серд­це, слов­но их застав­ля­ют нырять в гряз­ное боло­то. Но такое пове­де­ние объ­яс­ня­ет­ся тем, что внут­рен­ний мир боль­шин­ства людей неухо­жен и забро­шен, как ста­рый сарай, в кото­рый выбра­сы­ва­ют ненуж­ные вещи. Чело­век повре­жден, и даже рас­чле­нен в самом себе, отпа­де­ни­ем от Бога. Все несча­стья идут из-за отка­за от Иерар­хи­че­ско­го Нача­ла. И, по боль­шо­му сче­ту, вся эпо­ха войн нахо­дит­ся в раз­де­ле бого­бор­че­ства, или утвер­жде­ния соб­ствен­ной воли, не огра­ни­чен­ной ни эти­кой, ни совестью.

Идео­ло­гия воин­ству­ю­ще­го ате­из­ма про­яв­ля­ет­ся в самой ярой чело­ве­ко­не­на­вист­ни­че­ской фор­ме. Но такая пози­ция при­во­дит к тому, что уни­что­жа­ет самих вдох­но­ви­те­лей это­го процесса.

Мах­ро­вый ате­изм не верит в силу спра­вед­ли­во­сти и при­о­ри­те­та добра над злом. Для него явле­ния оче­вид­но­го мира важ­нее неощу­ти­мо­го бла­го­род­ства. Труд­но объ­яс­нить ослеп­ше­му о бла­го­при­ят­ном, и даже цели­тель­ном, воз­дей­ствии энер­гий духа. Все тон­кие явле­ния отбра­сы­ва­ют­ся вол­ной неве­рия, про­рвать кото­рую весь­ма сложно.

Ате­и­сты даже силу судь­бы счи­та­ют слу­чай­но­стью, забы­вая о строй­ной зако­но­мер­но­сти слу­чая. Выс­шая целе­со­об­раз­ность ведет в опре­де­лен­ном направ­ле­нии. Если поч­ва у под­но­жья вул­ка­на шеве­лит­ся, то любой скеп­тик бро­сит­ся спа­сать свою жизнь, не заду­мы­ва­ясь о при­чине. Судь­ба при­нуж­да­ет даже самых строптивых.