Человек сущий. Том первый стр. 108

Энту­зи­азм как состо­я­ние, нагне­та­ю­щее пси­хи­че­скую энер­гию, бли­зок люб­ви. Имен­но любовь как осо­бое отно­ше­ние одно­го чело­ве­ка к дру­го­му может при­бли­зить к боже­ствен­но­му энту­зи­аз­му, или экстазу.

Сереб­ря­ный огонь энту­зи­аз­ма есть дви­жу­щая сила духов­ной транс­му­та­ции. Без энту­зи­аз­ма не извлечь запас силы, спя­щей в глу­бине созна­ния, и не насы­тить дух энер­ги­ей Огнен­но­го Мира.

Состо­я­ние энту­зи­аз­ма дает обнов­ле­ние энер­гий каж­дой клет­ке. В огне духа омы­ва­ет­ся тело, и пыль­ные отло­же­ния серых аур обна­жа­ют свой при­род­ный, изна­чаль­ный цвет, при­су­щий зер­ну духа.

Созна­ние не может дол­го удер­жать­ся на этом сия­ю­щем уровне, но, соскольз­нув на уро­вень обы­ден­ный, оно все же будет пом­нить состо­я­ние необыч­ное и будет стре­мить­ся повто­рить его вновь.

Энер­гия вооду­шев­ле­ния дости­га­ет­ся лишь нрав­ствен­ной дис­ци­пли­ной чело­ве­ка. Она рож­да­ет­ся из удер­жа­ния чувств в узде духа. Дух, устрем­лен­ный ввысь, купа­ет­ся в пото­ках хлы­нув­ше­го навстре­чу ему Света.

Пере­пол­нен­ность серд­ца высо­ки­ми энер­ги­я­ми тре­бу­ет мол­ча­ния. Нель­зя пре­ры­вать ток радо­сти и насы­ще­ния. Лишь ауры, напи­тан­ные огнем энту­зи­аз­ма, явля­ют устой­чи­вую непре­рыв­ность сознания.

Насло­е­ния энту­зи­аз­ма — самое зна­чи­тель­ное при­но­ше­ние в Чашу. Лишен­ная энту­зи­аз­ма, уми­ра­ет даже самая яркая мечта.

Без вдох­но­ве­ния и энту­зи­аз­ма нет воз­мож­но­стей испол­нить суж­ден­ное. Толь­ко дух, познав­ший силу бла­га, явля­ет продвижение.

Анек­до­ты мно­гих наро­дов, если они не пре­сту­па­ют гра­ни­цу при­стой­но­сти, есть хра­ни­ли­ще народ­ной муд­ро­сти. Живая Эти­ка чело­ве­че­ства сло­же­на из посло­виц, пого­во­рок и шуток, при­зы­ва­ю­щих заду­мать­ся над все­ми аспек­та­ми зем­но­го существования.

Муд­рость часто рядит­ся в фор­му смеш­ной сказ­ки или анек­до­та. Так лег­че открыть двер­цу души и послать туда роб­кий луч света.

Наро­ду бли­зок язык юмо­ра. Налет пош­ло­сти лишь ядо­ви­тая при­пра­ва. Но зер­но необыч­ных ситу­а­ций все­гда поучительно.

Юмор дол­жен при­сут­ство­вать, ибо вклю­ча­ет наход­чи­вость и необыч­ность. Через канал юмо­ра лег­че пере­да­ют­ся высо­кие исти­ны: ведь анек­до­ты как кла­дезь житей­ской муд­ро­сти вклю­ча­ют в себя накоп­ле­ния народ­но­го опы­та. Вели­кие суфии при­ме­ня­ли смеш­ные и коми­че­ские исто­рии как сред­ство про­буж­де­ния вооб­ра­же­ния. Доб­рая шут­ка не оби­дит нико­го. Но язва изде­ва­тель­ства выеда­ет печень.

Через фор­му корот­ко­го рас­ска­за в неко­то­рых тра­ди­ци­ях пере­да­ют­ся духов­ные поуче­ния. Прит­ча очень емка и пол­на про­стых мысле­об­ра­зов. Мно­гие наро­ды, наравне со сказ­ка­ми, нако­пи­ли такие жем­чу­жи­ны мало­го уст­но­го творчества.

Через сказ­ки и прит­чи пере­да­ют­ся тон­чай­шие оттен­ки муд­ро­сти, кото­рая лишь видо­из­ме­ня­ет­ся в зави­си­мо­сти от совре­мен­ных усло­вий. Даже анек­до­ты отра­жа­ют при­зна­ки вре­ме­ни и мел­кие чер­ты отно­ше­ний меж­ду людь­ми, свой­ствен­ные опре­де­лен­но­му соци­аль­но­му слою, про­фес­сии и коми­че­ско­му поло­же­нию, в кото­ром ока­зал­ся герой.

Неле­по слыть пере­смеш­ни­ком и шутом. Но пре­под­не­сти муд­рую прит­чу в виде тон­ко­го анек­до­та все­гда поз­во­ли­тель­но. Через юмор мно­го цен­но­го вно­сит­ся в жизнь чело­ве­че­скую. Не все­гда серьез­ность есть знак сосре­до­то­чен­но­сти. Любую напря­жен­ную ситу­а­цию мож­но раз­ря­дить шут­кой, после кото­рой чело­век не посту­пит неже­ла­тель­ным образом.

Умей­те шут­кой отго­нять зло и агрес­сию. Ино­гда это луч­шее реше­ние любых кон­флик­тов. Раз­би­вая ритм сгу­ще­ния импе­ри­ла, шут­ка созда­ет из него поль­зу и нази­да­тель­ную ситуацию.

При­вив­кой от зла мож­но назвать юмор. Он выру­ча­ет в напря­жен­ных ситу­а­ци­ях, ибо в нем боль­ше доб­ро­же­ла­тель­ства, чем в поуче­ни­ях мора­ли­стов. Если види­те, что ничем нель­зя раз­мяг­чить ситу­а­цию, попро­буй­те к месту упо­тре­бить острое сло­во. Блю­до жиз­ни слиш­ком прес­но, и без спе­ций труд­но при­нять его внутрь.

Шут­кой раз­ря­жа­ют­ся угро­зы. В шут­ку надо пре­вра­щать напор тьмы. Мир разу­чил­ся улы­бать­ся, и толь­ко радость спо­соб­на раз­ря­дить тягост­ные отно­ше­ния меж­ду людь­ми раз­ной энер­ге­ти­че­ской и сти­хий­ной формации.

Ино­гда доста­точ­но одно­го мерз­ко­го сло­ва или недоб­ро­го взгля­да, что­бы химизм радост­ной ауры был омра­чен. Но нуж­но уметь про­ти­во­сто­ять таким вызо­вам тьмы. Умей­те с пони­ма­ни­ем и юмо­ром вос­при­ни­мать самые злоб­ные заме­ча­ния. Ино­гда юмор и доб­ро­же­ла­тель­ность помо­га­ют луч­ше нега­тив­ной реакции.

Шут­кою мож­но пога­сить чер­ный пожар. Но шут­ка долж­на учить доб­ру: ина­че в откры­тую дверь души хлы­нут, тол­кая друг дру­га, аст­раль­ные режис­се­ры жиз­ни. Надо пом­нить о высо­ком даже в юморе.

При­ни­мая с юмо­ром и усмеш­кой жиз­нен­ные невзго­ды, лег­че быва­ет най­ти выход из самых затруд­ни­тель­ных поло­же­ний. В шутов­ском наря­де лег­че дер­зать: ведь с дура­ка спрос маленький.

Юмор — муд­рое отно­ше­ние к вещам. Но плос­ко­умие как мас­ка, нама­ле­ван­ная на лице клоуна.

Здо­ро­вый юмор отли­ча­ет­ся от кощун­ствен­ной насмеш­ки ува­же­ни­ем к чело­ве­ку и мяг­кой силой, ука­зы­ва­ю­щей на исправ­ле­ние ситу­а­ции или каче­ства духа. Но созна­тель­ная насмеш­ка вре­дит не толь­ко про­стран­ству, но самой судь­бе человека.

Зло не зна­ет юмо­ра, зло не может сме­ять­ся, ибо само его суще­ство­ва­ние не явля­ет­ся муд­рым отно­ше­ни­ем к вещам.

Шут­ка облег­ча­ет при­вя­зан­ность к миру вещей и дела­ет мир лег­ким, как полет огнен­ной мол­нии. Неред­ко юмор хоро­шо про­чи­ща­ет мозги.

Надо уметь нахо­дить шут­ли­вую фор­му­лу для муд­рых вещей. И это запом­нит­ся лег­че, чем все настав­ле­ния. Мно­гое может пока­зать­ся слиш­ком сухим и неудо­бо­ва­ри­мым, и нуж­но доба­вить искру легкости.

Мно­же­ство счи­та­лок и стиш­ков рас­про­стра­не­но сре­ди детей для усво­е­ния серьез­ных мате­ма­ти­че­ских пра­вил. Уме­ние рас­тор­мо­зить созна­ние, застыв­шее в серьез­но­сти, похвально.

Часто в состо­я­нии пости­же­ния смеш­но­го откры­ва­ют­ся две­ри муд­ро­сти. Смеш­ное срод­ни лег­ко­сти игры, не обре­ме­нен­ной гру­бы­ми услов­но­стя­ми это­го мира. Каж­дый, даже самый серьез­ный, чело­век ста­но­вит­ся в этом состо­я­нии ребен­ком, перед кото­рым откры­та вся все­лен­ная радо­сти. Излиш­няя серьез­ность явля­ет­ся лишь поме­хой к пони­ма­нию глу­бо­ких вещей.

Внед­ре­ние пове­ден­че­ских сте­рео­ти­пов в созна­ние людей через юмо­ри­сти­че­ские пере­да­чи — одно из заво­е­ва­ний пси­хо­ло­ги­че­ской нау­ки. Когда артист сме­шит пуб­ли­ку с теле­экра­на, про­ис­хо­дит обу­че­ние мно­го­мил­ли­он­ной ауди­то­рии. Здесь под­бра­сы­ва­ет­ся гото­вая модель выбо­ра и выхо­да из щекот­ли­во­го поло­же­ния. Но не все­гда без­обид­ны шут­ки с раз­вле­ка­тель­ны­ми про­грам­ма­ми. Юмор объ­еди­ня­ет людей в полу­че­нии поло­жи­тель­ных эмо­ций. Но в откры­тые вра­та души шут­ки могут зане­сти пыль зараз­но­го поведения.

Если чело­ве­че­ство нель­зя гар­мо­ни­зи­ро­вать уве­ще­ва­ни­я­ми и уго­во­ра­ми, то юмор это дела­ет лег­ко и сво­бод­но. Как ни пара­док­саль­но это зву­чит, юмор явля­ет собой один из мето­дов духов­но­го пости­же­ния мира. Если чело­век отно­сит­ся к жиз­ни с долей доб­ро­го юмо­ра, он может глуб­же вос­при­нять замы­сел вели­кой Мате­ри Жиз­ни. Неко­то­рые исти­ны про­сто невоз­мож­но пере­дать иначе.