Человек сущий. Том первый стр. 105

Печаль явле­на как один из тяж­ких чело­ве­че­ских гре­хов. Ведь чело­век сам себя замы­ка­ет в тем­ни­цу безыс­ход­но­сти и изво­дит до исто­ще­ния и смер­ти. Нет худ­ше­го уни­что­же­ния боже­ствен­ной силы, чем смерт­ная тос­ка. Из клет­ки скор­би и само­жа­ле­ния труд­но выбрать­ся. В печа­ли слад­кое ста­но­вит­ся ядом, и огонь жиз­ни раз­ру­ша­ет­ся вме­сте с пече­нью. Даже огор­че­ние и недо­воль­ство недопустимы.

Тос­ка отни­ма­ет луч­шие силы. Но виды ее — от самой мрач­ной до боже­ствен­ной — чет­ко укла­ды­ва­ют­ся в чер­теж миро­зда­ния. Низ­шая часть ее печа­лит­ся толь­ко о себе, пита­е­мая тай­ной зави­стью и деви­зом: поче­му не мне, а дру­го­му повез­ло? Боже­ствен­ная — сокру­ша­ет­ся о чело­ве­че­стве. Она вызва­на тем, что так мало поня­то миром высо­ких истин и что мед­лен­но дух мило­сер­дия и состра­да­ния про­ни­ка­ет в глубь чело­ве­че­ско­го созна­ния. Бог через нас печа­лит­ся о том, как велик еще раз­рыв меж­ду мира­ми, как еще вели­ка про­пасть меж­ду Миром Све­та и зем­ным существованием.

Тос­ка — это реак­ция физи­че­ско­го тела на недо­ступ­ность пре­одо­ле­ния без­дны. Если выс­шее тело устрем­ле­но и уле­те­ло дале­ко впе­ред, насту­па­ют при­сту­пы тос­ки. Совре­мен­ные пси­хо­ло­ги счи­та­ют тос­ку уны­ни­ем или мелан­хо­ли­ей, но в обо­их состо­я­ни­ях нет ниче­го род­ствен­но­го. В тос­ке слыш­ны голо­са Бес­пре­дель­но­сти, но уны­ние тле­ет в пеп­ле само­жа­ле­ния. Тос­ка сопря­же­на с кос­ми­че­ской пусто­той. Уны­ние напол­не­но лжи­вы­ми жела­ни­я­ми зем­ных благ.

Не под­да­вай­тесь чув­ству безыс­ход­но­сти и при­сту­пам тос­ки. Ино­гда это знак доб­рый. Он опре­де­ля­ет сте­пень раз­ры­ва меж­ду тон­ким и зем­ным тела­ми. Если маг­нит ваше­го созна­ния утвер­дил­ся в Мирах Выс­ших, то насту­па­ют подоб­ные состо­я­ния. Ведь попасть в Цар­ство Божье в плот­ном теле невоз­мож­но. Но дух ваш уже пре­бы­ва­ет там и ликует.

Печаль — веч­ная спут­ни­ца души, заклю­чен­ной в тем­ни­цу чело­ве­че­ской пло­ти. Труд­но выбрать­ся из пан­ци­ря, пока дух не пре­об­ра­зит все его состав­ля­ю­щие, при­ве­дя в соот­вет­ствие со сво­и­ми потребностями.

Печаль и тос­ка — это лишь стук Огнен­но­го Дру­га в дверь наше­го суще­ство­ва­ния. Он про­сит выпу­стить его нару­жу, из веко­вой тем­ни­цы пло­ти, для того что­бы, паря в нашей ауре, он мог бы стать рас­по­ря­ди­те­лем огнен­ной силы и хра­ни­те­лем све­то­во­го тела.

В любой печа­ли, какой бы она глу­бо­кой ни была, мы пом­ним, что одна­жды, какое бы коли­че­ство вре­ме­ни она ни дли­лась, к нам явит­ся на миг сия­ю­щий Сын Радо­сти, кото­рый изме­нит поло­же­ние вещей и сде­ла­ет мир кра­соч­ным и ярким. В радо­сти родив­шись, мы долж­ны пре­бы­вать в ней все­гда, являя зачат­ки ангель­ско­го нача­ла. Атмо­сфе­ра Огнен­но­го Мира не может тер­петь уны­ния. Не будем и мы ему пре­да­вать­ся, ибо это будет пре­да­тель­ством наших Хра­ни­те­лей и Настав­ни­ков и кощун­ством на Силы Све­та, потра­тив­шие на нас столь­ко сил и времени.

Не печаль­тесь и не бой­тесь. Не теряй­те при­сут­ствия духа. Знай­те, что радость все­гда помо­жет, что она сол­неч­на и доста­ет­ся от Солнца.

Бере­ги­те радость, несмот­ря ни на какие попыт­ки омра­чить вас. Радость может уле­ту­чить­ся лег­ко, как запах розо­во­го мас­ла, когда печаль довле­ет непре­стан­но над сфе­ра­ми зем­ны­ми, ибо срод­ни дыму и тума­ну ее частицы.

В каж­дом дне сво­ем сумей­те най­ти радость. Луч­шее, что есть в этом мире, не может быть без­ра­дост­ным, пото­му что весь мир соткан из нитей сча­стья и печа­ли. Если бы не было ни мгно­ве­ния сча­стья в днях наших, ткань вре­мен рас­па­лась бы, как вет­хий покров.

Пара­докс тос­ки в том, что духов­ные зна­ния вры­ва­ют­ся в ауру чело­ве­ка и, не най­дя вме­сти­ли­ща, ухо­дят назад, вверх. А чело­век, одна­жды испы­тав­ший эти каса­ния, тос­ку­ет без них и ввер­га­ет­ся в отча­я­ние без новых нахождений.

Радо­вать­ся — насущ­но. В оби­хо­де тос­ка — при­знак нерав­но­ве­сия и раз­но­по­ляр­но­сти аур. Вме­сти­ли­ще высо­кой энер­гии опу­сто­ша­ет­ся, отда­вая часть сво­ей силы более сла­бым суще­ствам. Ино­гда тос­ка обо­зна­ча­ет отрыв в раз­ви­тии тон­ких тел на мно­гие вопло­ще­ния впе­ред. Фор­ми­ро­ва­ние огнен­но­го тела вызы­ва­ет дис­гар­мо­нию с плот­ным суще­ство­ва­ни­ем, а при выпа­ри­ва­нии аст­ра­ла эта без­дна воз­рас­та­ет. Но в неко­то­рых слу­ча­ях покой может вос­при­ни­мать­ся как состо­я­ние печа­ли. Зем­ные суще­ства при­вык­ли выра­жать радость теля­чьи­ми прыж­ка­ми, а горе — уда­ра­ми голо­вой о сте­ну. Оттен­ки и пере­ход­ные состо­я­ния пси­хи­ки людей не забо­тят, хотя тако­вых бес­чис­лен­ное множество.

Мель­ча­ет дух чело­ве­че­ский. Раз­ме­ни­ва­ет­ся на незна­чи­тель­ность впе­чат­ле­ний, обви­няя Небо в том, что оно посла­ло душе печаль. Но тос­ка — это есте­ствен­ное состо­я­ние души, ото­рван­ной от посто­ян­но­го обще­ния с Выс­ши­ми Сфе­ра­ми. Для нее такая связь, как для лов­ца жем­чу­га — воздух.

Мет­ла празд­но­сти выме­та­ет дух тор­же­ствен­но­сти в каж­дом дне жиз­ни. Буд­нич­ность ста­но­вит­ся экви­ва­лен­том тос­ки и печа­ли. Но печаль — это чув­ство сле­по­го, не видя­ще­го тро­пы и не зна­ю­ще­го, куда идти. Не угне­тай­те себя тос­кой. Не ума­ляй­те сво­е­го ста­ту­са духов­но­го пут­ни­ка. Омра­че­ние губит ангель­скую при­ро­ду чело­ве­ка и гасит золо­тые огни серд­ца. Не погру­жай­тесь в пучи­ну безыс­ход­но­сти. Думай­те, что это ваш послед­ний при­ступ печа­ли и что боль­ше нико­гда не отра­вит душу чер­ное кры­ло пессимизма.

Научи­тесь отли­чать тон­кое вну­ше­ние свет­ско­го обхож­де­ния от искрен­ней и чистой люб­ви к людям. Так ред­ко свер­ка­ют в тем­но­те брил­ли­ан­ты чистых глаз. Потуск­нев­шие гла­за выда­ют тос­ку, завла­дев­шую сво­бод­ной душой. И как вый­ти из этой кру­го­вер­ти безыс­ход­но­сти, под­ска­жет раз­ве что зер­но духа, устав­шее от однообразия.

Нико­гда не счи­тай­те, что вам пло­хо. Энер­гия мыс­ли мгно­вен­но начи­на­ет нагне­тать кры­лья­ми сво­ей мель­ни­цы энер­гии, род­ствен­ные горю. Вы погря­за­е­те в пла­ме­ни тама­са. Тыся­чи и тыся­чи страж­ду­щих душ несут­ся к вам, что­бы зано­во испить све­жее вино страданий.

Омра­че­ние созна­ния созда­ет в кро­ви бла­го­при­ят­ную сре­ду для раз­ви­тия бацилл. Извест­но, что в первую оче­редь печаль пора­жа­ет печень как центр огня. Печаль меша­ет иммун­ной систе­ме защи­щать себя от вред­но­го воз­дей­ствия. Поми­мо это­го, вред угне­тен­ных состо­я­ний — в зара­же­нии про­стран­ства нега­тив­ны­ми мыс­лен­ны­ми порождениями.

Люди, лишен­ные люб­ви и бла­го­да­ти, отрав­ля­ют про­стран­ство и явля­ют собой рас­сад­ник раз­но­го рода болез­ней. Им вред­ны как печаль, так и недо­воль­ство. Они могут жить, как дети, толь­ко в радо­сти. Но это не радость лег­ко­мыс­лия, но радость пони­ма­ния того, что нам дана воз­мож­ность жить, пости­гая все сто­ро­ны сча­стья, кото­рое есть неотъ­ем­ле­мая часть мудрости.

Тос­ка и печаль — грех даже более тяж­кий, чем мно­гие дру­гие. Они срод­ни стра­ху, от кото­ро­го косте­не­ют все энер­гии, и удар враж­деб­ной мыс­ли откры­ва­ет доступ к вра­там созна­ния. Будь­те радост­ны в муже­стве сво­ем. Любая, самая обык­но­вен­ная, физи­че­ская рабо­та может изле­чить от при­сту­пов тос­ки при мето­дич­но­сти уча­стия в ней. При­ток все­на­чаль­ной энер­гии дает ощу­ще­ние силы и необ­хо­ди­мо­сти при­ме­не­ния этой силы в мире физи­че­ском. Дра­го­цен­ное вино про­ки­са­ет в сосу­дах затх­лых. Даже мускус сил огнен­ных может раз­ло­жить­ся от небре­же­ния и бездействия.

Не испы­тав глу­бо­чай­шей тос­ки, не позна­ешь цен­но­сти радо­сти. Испы­тав глу­би­ну низ­ше­го чув­ства, осо­зна­ешь, какую тво­ря­щую лег­кость дает радость, вби­ра­ю­щая в себя луч­шие токи духа. Суще­ство, не нахо­дя­щее точ­ки при­ло­же­ния сво­е­му опы­ту, силе и чер­там харак­те­ра, обре­че­но на душев­ные муки, кото­рые под­час пре­вос­хо­дят ощу­ще­ние болей физических.

Радость раз­ли­та как в малых явле­ни­ях, так и в боль­ших. Без радо­сти сама зем­ная жизнь кажет­ся адом и катор­гой. Если печаль власт­ву­ет на небе созна­ния, то без потря­се­ния основ не обой­тись. Что­бы при­ве­сти в гар­мо­нич­ное состо­я­ние жизнь, нужен пере­ход, или сдвиг, созна­ния в сто­ро­ну опти­ми­за­ции. А здесь без ощу­ще­ния глу­би­ны стра­да­ний не сдви­нуть­ся. Толь­ко ныр­нув в пучи­ну, достиг­нув дна и выныр­нув, душа чело­ве­че­ская может оце­нить сокро­ви­ще радо­сти и оптимизма.

Скорбь, омы­ва­ю­щая серд­це, не долж­на скап­ли­вать­ся, но долж­на исте­кать, усту­пая радо­сти про­стран­ство свое. Туман­ное утро засло­ня­ет солн­це. Но все рав­но небо долж­но очи­стить­ся, откры­вая гла­зам чело­ве­че­ским сине­ву свою. Печаль толь­ко дым зем­ной жиз­ни. Огонь сча­стья все­гда пыла­ет в нас. Но мы не видим его и не заме­ча­ем того жара, кото­рый дела­ет нашу жизнь комфортной.

Печаль — оде­я­ние умер­ше­го духом чело­ве­ка. Но перед нами — нехо­же­ное поле воз­мож­но­стей. Цве­ты мгно­ве­ний так пре­крас­ны. И аро­мат каж­до­го из них неповторим.

Мы сами — при­чи­на несча­стий соб­ствен­ных. Но радость жиз­ни, явля­ясь цен­тром созна­тель­но­го дей­ствия, сама ста­но­вит­ся маг­ни­том суще­го, тво­ря­щим новые энер­гии и при­тя­ги­ва­ю­щим собы­тия сужденные.

Мир угрюм не отто­го, что в нем нет радо­сти. Про­сто очи духа закры­ты, и, не видя оче­вид­ной кра­со­ты, серд­це омрачается.

Но печаль — наве­ден­ное состо­я­ние. Она боль­ше под­хо­дит мине­раль­но­му цар­ству, в кото­ром дух пре­бы­ва­ет более все­го по вре­ме­ни, впа­дая в отча­я­ние, что нико­гда уже не выбе­рет­ся из это­го пле­на само­го плот­но­го существования.

Зло очень креп­ко покры­ва­ет нас корой само­сти. И этот пан­цирь часто сдав­ли­ва­ет духов­ное тело и не дает ему рас­ти. В самый мрач­ный час, когда к серд­цу под­сту­па­ет печаль, спа­си­тель­ным сред­ством будет мысль о все­на­пол­ня­ю­щей радо­сти и о тех вели­ких сфе­рах, где она явле­на как воздух.

Лечить тос­ку труд­нее, чем любую дру­гую болезнь, ибо сам боль­ной уби­ва­ет себя, зали­вая огонь радо­сти сле­за­ми веч­ных сето­ва­ний. Печаль при­во­дит к роко­вым собы­ти­ям или несчаст­ным слу­ча­ям по при­чине под­клю­че­ния души к ее эгрегору.

При­сту­пы тос­ки лечат­ся молит­вой за все чело­ве­че­ство, за нуж­ды людей и за нис­по­сла­ние им того неза­мыс­ло­ва­то­го сча­стья, кото­ро­го они заслу­жи­ва­ют. Ведь они мно­го не про­сят — толь­ко здра­вия сво­им детям и себе и хле­ба насущ­но­го на каж­дый день.

Стре­ми­тесь к радо­сти в час, когда вас раз­ди­ра­ют энер­гии хао­са и сама жизнь кажет­ся невы­но­си­мой, пото­му что вы сами ее сде­ла­ли такой. Стре­ми­тесь к радо­сти, ибо печаль и ста­рость — это сино­ни­мы. В боло­те печа­ли пло­дят­ся бацил­лы, пожи­ра­ю­щие живо­тво­ря­щий огонь. Печаль — сред­ство само­раз­ру­ше­ния, или огонь, сам себя уничтожающий.

Посто­ян­ное огор­че­ние — это само­раз­ру­ше­ние отло­же­ний луч­ших чувств, куда мы обра­ща­ем­ся за помо­щью в мину­ты невы­ра­зи­мо­го отча­я­ния и без­от­чет­ной тос­ки. Музы­ка раз­ру­ша­ет коль­ца импе­ри­ла, обни­ма­ю­щие ауру. Скорбь, печаль и грусть лишь раз­ные ипо­ста­си одно­го и того же состо­я­ния угне­те­ния духа. Нель­зя печа­лить­ся. Ведь и пти­цы раду­ют­ся дню. Цве­ты откры­ва­ют лицо свое небу. При­ро­да раду­ет­ся жиз­ни, какой бы крат­ко­вре­мен­ной она ни была. Ничто не долж­но мешать явле­ни­ям муд­ро­сти Мира Высшего.

Убеж­ден­ность — это не упрям­ство и,  тем более, не  худ­ший его вид, самоуверенность.

Убеж­де­ние стро­ит­ся на уме­нии успо­ка­и­вать чув­ства и уго­ва­ри­вать утом­лен­ные и угне­тен­ные обсто­я­тель­ства­ми серд­ца. Дух зна­ет мно­же­ство средств и при­е­мов улуч­ше­ния жизни.

Как вели­кие реки соби­ра­ют­ся из мел­ких гор­ных ручей­ков, едва замет­ных сре­ди кам­ней и цве­тов, рас­ту­щих на них, так и мощь убеж­ден­но­сти берет силу из мно­же­ства мыс­лей воз­вы­шен­ных. И чем боль­ше вре­ме­ни чело­век отда­ет мыш­ле­нию о воз­вы­шен­ном, тем более под­ни­ма­ет­ся уро­вень его созна­ния. К высо­ко­му летят еще более высо­кие сущ­но­сти, кото­рые жела­ют помочь чело­ве­че­ству, раз­де­лив с ним зна­ния, участь и кар­му. Путь созву­чия с духа­ми выс­ши­ми про­ло­жен через воз­жже­ние сердца.

Удач­ли­во­стью, пре­вы­ша­ю­щей ту, кото­рая отпу­ще­на судь­бой, ред­ко наде­ле­ны люди, если в этом не скры­то испол­не­ние какой-то зага­доч­ной, почти непо­нят­ной для чело­ве­че­ско­го ума зада­чи. Уда­ча есть зеле­ная ули­ца, но идти по ней нуж­но очень быст­ро: ина­че все может вне­зап­но изме­нить­ся. Но кры­лья радо­сти не поки­да­ют сво­е­го избран­ни­ка. И дух тай­ны нико­гда не откро­ет всю лабо­ра­то­рию испол­не­ния задачи.

Мож­но быть балов­нем судь­бы, но пла­тить за это нуж­но неустан­ным и непре­ры­ва­е­мым тру­дом, кото­рым изо дня в день нуж­но напол­нять чашу вре­ме­ни. Не нуж­но под­ку­пать Стра­жей Вре­ме­ни, но нуж­но от все­го серд­ца отда­вать им часть той люб­ви, бла­го­род­ства и сочув­ствия, с кото­ры­ми они отно­сят­ся к роду человеческому.

Уда­ча — все­гда знак пра­виль­но­го направ­ле­ния. Когда каче­ства сло­же­ны окон­ча­тель­но, явля­ет­ся воз­мож­ность. Слу­чай­ность ли это или под­го­тов­лен­ное собы­тие не столь важ­но. Глав­ное — утвер­жде­ние сту­пе­ни, уже состо­яв­шей­ся. При­но­ше­ние миру без меры созда­ет поток уда­чи — слов­но ветер незри­мый напол­ня­ет пару­са жиз­ни, слов­но рука силы воз­но­сит на новые вершины.

Уда­ча не про­сто воз­вы­ше­ние чело­ве­ка, но лико­ва­ние духа, постиг­ше­го свое пред­на­зна­че­ние. Уда­ча есть сила испол­не­ния зада­чи, кото­рую дух раз­вил в себе, при­вле­кая все луч­шие накоп­ле­ния судьбы.

Даже малы­ми сред­ства­ми воз­мож­но достичь успе­ха, при­ме­няя свою изна­чаль­ную силу к дости­же­ни­ям опре­де­лен­но­го рода. Когда про­стран­ство зажже­но, то уда­ча не замед­лит загля­нуть в каж­дое сердце.

Уда­ча мно­го­ли­ка. Она совсем не то, что мы уси­лен­но под­го­тав­ли­ва­ем, счи­тая, что доби­лись сво­е­го. Это заблуж­де­ние. Это она нас выби­ра­ет, а не мы ее. В древ­ние вре­ме­на суще­ство­ва­ла вели­кая и мило­сти­вая Боги­ня Доля, она же Уда­ча. Ее функ­ци­ей было наде­лить чело­ве­че­скую душу перед рож­де­ни­ем той мерой сча­стья, кото­рую чело­век нако­пил сво­и­ми про­шлы­ми бла­ги­ми дея­ни­я­ми. А он уже сам дол­жен был уга­дать, где оно лежит, его пота­ен­ное сокровище.

Самое важ­ное, как ска­за­но в народ­ной посло­ви­це, — попасть в нуж­ное вре­мя в нуж­ное место. И это не лов­ка­че­ство интриг и уло­вок, но то накоп­ле­ние кар­мы, то духов­ное везе­ние, кото­рое тво­рит уда­чу. Уда­ча — при­знак не балов­ня судь­бы, но чело­ве­ка, нако­пив­ше­го бла­гую кар­му в тече­ние мно­гих жизней.

Фено­мен уда­чи и твор­че­ско­го вдох­но­ве­ния во вре­мя при­сут­ствия неко­то­рых лич­но­стей отме­чен был не еди­но­жды. Одним везет в твор­че­стве, дру­гим — в выиг­ры­ше денеж­ном, тре­тьи поль­зу­ют­ся успе­хом у жен­щин, чет­вер­тые — удач­ли­вые биз­не­сме­ны или ста­ра­те­ли. Гра­ней про­яв­ле­ния Ану­ры так мно­го. И каж­дая из них свя­за­на с поло­жи­тель­ным заря­дом кар­мы. Соб­ствен­но гово­ря, накоп­лен­ное доб­ро и само­по­жерт­во­ва­ние и есть сила, фор­ми­ру­ю­щая буду­щую удачу.

Попри­ще, достой­ное созна­ния, отме­ча­ет­ся пото­ком уда­чи. Если что-то не полу­ча­ет­ся, это может озна­чать преж­де­вре­мен­ность созда­ва­е­мо­го или то обсто­я­тель­ство, что испол­не­ние это­го дела долж­но быть пере­да­но в дру­гие руки. Даже рыба­ки, сидя­щие рядом, наде­ле­ны раз­ной сте­пе­нью уда­чи. Один вытас­ки­ва­ет рыбу бес­пре­стан­но, а дру­гой лишь погля­ды­ва­ет на непо­движ­ный поплавок.

При­вив­ка уда­чи на чужой ауре — при­ем, достой­ный бело­го мага. Инъ­ек­ции везе­ния дей­стви­тель­но суще­ству­ют. Но это про­ис­хо­дит лишь тогда, когда кар­ма иска­ний созре­ва­ет и чело­век нащу­пы­ва­ет спа­си­тель­ную нить сво­е­го пред­на­зна­че­ния на зем­ле. До это­го про­ис­хо­дит мучи­тель­ное ныря­ние в нище­ту и неве­зе­ние, кото­рое отби­ва­ет жела­ние жить и тру­дить­ся для каких-то непо­нят­ных задач. Когда дух не видит смыс­ла жиз­ни, он не про­сто пони­ка­ет — он обла­ча­ет­ся в одеж­ду хро­ни­че­ско­го пес­си­миз­ма, кото­рый тол­ка­ет его на неве­рие и вку­ше­ние запрет­ных услад, гра­ни­ча­щих с эти­че­ским пре­ступ­ле­ни­ем про­тив соб­ствен­ной совести.

Каж­дый вла­де­ет сво­им непри­кос­но­вен­ным запа­сом уда­чи. В момен­ты острой необ­хо­ди­мо­сти и прон­зи­тель­ной безыс­ход­но­сти толь­ко уда­ча как накоп­ле­ние бла­го­при­ят­ной кар­мы помо­га­ет вый­ти из состо­я­ния омра­че­ния созна­ния. Как худож­ник ста­вит глаз, как йог ста­вит дыха­ние и реак­цию на внеш­ние раз­дра­жи­те­ли, так и Вла­ды­ка Уда­чи вво­дит в оби­ход луч­шие реше­ния и при­ме­не­ние скры­той зада­чи вопло­ще­ния. Уда­ча лишь пря­мой путь пости­же­ния пред­на­зна­че­ния. И цель, постав­лен­ная в нача­ле наше­го нис­хож­де­ния в плоть, выстра­и­ва­ет воз­мож­но­сти к более тща­тель­но­му испол­не­нию задуманного.

Нель­зя желать уда­чи слиш­ком рья­но и горя­чо, вкла­ды­вая в ожи­да­ние мощ­ней­шие силы надеж­ды на успех. Напря­же­ние, раз­ви­ва­е­мое упрям­ством воли, вызы­ва­ет сопро­тив­ле­ние кар­ми­че­ских сил. Уда­чу нуж­но ждать. Она при­хо­дит тихо и неза­мет­но. Она рас­цве­та­ет, как утрен­ний цве­ток в саду под окном. Раз­ры­вать нити про­стран­ства непоз­во­ли­тель­но, так же как тре­во­жить май­я­ви­че­ски­ми вих­ря­ми сфе­ры Выс­ших Миров. Каж­дая мысль, как молот, сту­чит во вра­та небес­ные. Прось­бы чело­ве­че­ские пере­пол­ня­ют небес­ную кан­це­ля­рию. И чело­ве­ка не каса­ет­ся, заслу­жил ли он ту или иную награ­ду. Он тре­бу­ет немед­лен­но­го испол­не­ния заду­ман­но­го. Но муд­рость учит быть неза­мет­ным и недо­ступ­ным для ког­тей вра­жьих. Малей­шее недо­воль­ство созда­ет тре­щи­ну в ауре, за кото­рую мож­но зацепиться.

Луч­шее при­хо­дит околь­ны­ми путя­ми. Когда чело­век ста­но­вит­ся на соб­ствен­ную сте­зю, уго­то­ван­ную ему судь­бой, уда­ча сле­ду­ет за ним, как тень — за иду­щим человеком.

Само серд­це зна­ет, когда созре­ва­ет плод сча­стья. Само серд­це посы­ла­ет зна­ки духа туда, где рас­тут пер­вые цве­ты буду­ще­го испол­не­ния жиз­нен­ной задачи.

Рож­де­ние уда­чи — в тру­де сер­деч­ном. Одним судь­ба спле­та­ет спа­си­тель­ный канат, дру­гим — аркан или удав­ку. Все зави­сит от того, чем жил, к чему стре­мил­ся чело­век, объ­ятый пла­ме­нем про­стран­ствен­ных энергий.

Уда­ча заклю­че­на в созву­чии чело­ве­че­ских вза­и­мо­от­но­ше­ний. Если дух нахо­дит еди­но­мыс­лие в каж­дой из сво­их ситу­а­ций, то это мож­но назвать ред­кой удачей.

Уда­ча рож­да­ет уве­рен­ность в одних, а дру­гих зара­жа­ет все­доз­во­лен­но­стью. Но вся жизнь — вос­пи­та­ние качеств и испы­та­ние их в усло­ви­ях поль­зы и вре­да для мира.

Улыб­ка духа — луч­шее сред­ство от неудач. Для того что­бы най­ти доро­гу к сча­стью, нуж­но труд вдох­но­вен­ный при­ме­нить к мгно­ве­нию каж­до­го дня. Бес­пре­стан­ные упре­ки судь­бе не смо­гут помочь про­дви­же­нию. Надеж­да и радость — луч­шее из того, что может дать жизнь.

Неожи­дан­ным путем при­хо­дит уда­ча. Неожи­дан­ным путем росин­ка небес­ная попа­да­ет в лотос серд­ца. Но непре­мен­ное усло­вие для это­го состо­ит в том, что­бы он раскрылся.

Как ребе­нок не может быть рож­ден мате­рью рань­ше сро­ка сво­е­го, как плод на дере­ве, не созрев, не смо­жет упасть на зем­лю, так и дыха­ние судь­бы не воз­не­сет чело­ве­ка на вер­ши­ну жиз­ни, если не будет на то Воля Выс­шая. Мож­но назвать это везе­ни­ем или уда­чей. Мож­но спо­рить о слу­чай­но­стях или заслу­гах. Но в жизнь чело­ве­че­скую посто­ян­но вме­ши­ва­ет­ся нечто необъ­яс­ни­мое, что люди назы­ва­ют судь­бой. С почте­ни­ем покло­ним­ся ей, ибо она несет в руке факел вдох­но­ве­ния, кото­рый осве­ща­ет нам самые тем­ные зако­ул­ки наше­го тер­ни­сто­го пути.

Люди пере­ста­ли удив­лять­ся. Люди закры­лись лох­мо­тья­ми само­сти и не хотят видеть чудес. Дуно­ве­ние теп­ло­го вет­ра и цве­те­ние май­ских садов не вызы­ва­ют в них ни тре­пе­та, ни вос­тор­га. Вос­при­ни­мая жизнь как серую дан­ность, как вери­ги раба, вла­ча­ще­го убо­гую жизнь, они не хотят взгля­нуть на поверх­ность соб­ствен­но­го болота.

Чуде­са раз­ве­и­ва­ют ску­ку буден. Ново­год­ние подар­ки достав­ля­ют столь­ко радо­сти детям и взрос­лым. И в тайне сер­дец, в самой сокро­вен­ной глу­бине себя верит­ся в мощь чуда и его уча­стие в нашей жиз­ни. Мир свет­ле­ет от раз­но­цвет­ных иско­рок надеж­ды, внут­ри кото­рых живет доб­рый огонь радост­ных сердец.

Уто­лить любо­пыт­ство ума невоз­мож­но, так же как вычер­пать до дна оке­ан чело­ве­че­ских ожи­да­ний. Мир пре­под­но­сит мно­го воз­мож­но­стей для свет­ло­го удивления.

Каж­дый день нуж­но вли­вать в свое созна­ние пор­цию новиз­ны: ина­че без поли­ва неиз­беж­но засох­нут кор­ни осо­зна­ния жиз­ни. Удив­лять­ся — зна­чит откры­вать для себя ранее неза­ме­чен­ное в самом обык­но­вен­ном. Ведь даже тра­ва и цве­ток могут дать неожи­дан­ный импульс для раз­мыш­ле­ния. Узор мгно­ве­ний быва­ет таким неожи­дан­ным и причудливым.

Удив­ляй­тесь, но не пре­бы­вай­те в эйфо­рии. От эйфо­рии лег­ко перей­ти в дру­гую край­ность. Вос­тор­жен­ность посто­ян­но взби­ва­ет вол­ну аст­раль­но­го тела, нару­шая токи гар­мо­ни­зи­ру­ю­щие. И когда пыль чувств осе­да­ет, явля­ет­ся пусто­та. От стра­стей мгно­вен­но­го вос­тор­га оста­ет­ся глу­бо­кая рана поте­ри сил.

Радуй­тесь и будь­те как дети: ина­че веч­ная ста­рость ста­нет уде­лом вашей души. Радуй­тесь и в тишине вашей судь­бы сокро­вен­ной хра­ни­те тай­ну того удив­ле­ния, в кото­ром живет веч­ное ожи­да­ние чуда, пусть малень­ко­го и для кого-то незна­чи­тель­но­го, но для вас явля­ю­ще­го­ся зер­ном ино­го вос­при­я­тия мира.

Верь­те в чудо! Верь­те само­заб­вен­но! И тогда рядом с ним ста­нет хра­ни­тель­ни­ца веч­ной жиз­ни — любовь, ярчай­шая ипо­стась Пре­крас­ной Мате­ри Мира.